govorilkin (govorilkin) wrote,
govorilkin
govorilkin

Categories:

Пили бы баварское

А теперь насчет протектората Russland...
    Завершая цикл насчет громадья планов германского капитала на Востоке в 1914-1918 гг. - про туземные "бантустаны" типа Польши, Украины и всяких там финляндий и прочих прибалтов уже писано, теперь же речь пойдет за Россию ("А нас за шо?" - дружный возмущенный крик добрых германцев, когда они узнали условия Версаля, как будто они забыли о том, что вот буквально только что, еще чернила не успели высохнуть, вынудили подписать московитов похабный Брестский мир).

  
Начнем ab ovo, с того, как представлял себе послевоенный "мир" на Востоке отмороженный на всю голову председатель Пангерманского союза Г. Класс 20 августа 1914 г. (прописью - двадцатого августа, трех недель не прошло, как началась война). "Лик России ... надо силой отвернуть на восток, и для этого она должна быть отброшена к рубежам еще допетровской эпохи". Для этого Класс требовал отторжения от России приграничных польских территорий, Литвы и Прибалтики (для стратегического обеспечения рубежей Германского Рейха на востоке и для колонизации - lebensraum он такой lebensraum...) и до кучи, чтобы два раза не вставать, цитирую Фишера) - "Экономического ослабления противников Класс предполагала добиться столь большими контрибуциями, что на долгое время эти противники окажутся уже не опасными".
      Бетман-Гольвег, германский канцлер, на фоне Класса выглядел совсем уж белым и пушистым няшкой, однако сам Фишер отмечал, что хотя на тот момент канцлер и не рассматривал включения Лифляндии и Эстляндии в состав Рейха, однако лиха беда начало - первый шаг на пути в 1000 ли был сделан, сама идея создания полностью управляемых и зависимых от германского колосса (угу, синергия всадника и лошади) лимитрофов на Ostgrenze была рождена и в германских правящих кругах (понимая под ними не только и не столько политиков, но в первую очередь финансистов и всяких стальных, угольных и химических вместе с прочими электротехниками "баронов") начали размышлять над тем, как сказку сделать былью.
      Идем дальше. В сентябре 1914 г. М. Эрцбергер, депутат и доверенное лицо Августа Тиссена, представил меморандум, где среди всего прочего указал, что на Востоке главной целью германской политики должно стать "разделение русского колосса" и устранение слабых, как будто нейтральных государств на границах Германии (к вопросу о независимости "бантустанов"). Для этого он предложил освободить "нерусские народности от ига московитства" (смотрим Public Law 86-90 Captive Nations Week Resolution), для чего создать под германским протекторатом королевство Польша, удовлетворить Вену за счет передачи ей части Бессарабии и Украины и, самом собой, наложить на Россию громадную контрибуцию (причем в меморандуме было подчеркнуто, что это "минимум того, что могли иметь в виду в качестве выставляемых при заключении мирного договора требований". Кстати, канцлер в октябре 1914 г. созвал совещание представителей крупнейших германских банков с тем, чтобы выработaть согласованную политику относительно размеров и качества контрибуций, которые должно было взять с побежденных союзников - и с России в том числе, причем банкиры должны были не только представить своем мнение относительно сумм, но и способов их получения и гарантий выплат).

      Какой мудрый, все понимающий взгляд? Эрцбергер еще живой...



Matthias_Erzberger



Патрон Эрцбергера Август Тиссен посредством "мудреца" Эрцбергера передал канцлеру свой меморандум, в котором обрисовал свое видение проблемы, относительно России Тиссен полагал необходимым сделать следующее:
      1) отобрать Прибалтику;
      2) возможно - Донбасс, Одессу, Крым, Азов и, само собой - Кавказ (больше всего Тиссена интересовали уголь и железо Донбасса, марганец Грузии);
      3) создание транспортного коридора через южную Россию в малую Азию и Персию.

      Nichts persönliches, nur Business, А. Тиссен.



+thyssen



    Регирунгс-президент во Франкфурте-на-Одере (ирония судьбы - а ведь я там, между прочим, родился во времена оны, когда Советский Союз был велик и могуч) Фридрих фон Шверин представил Бетман-Гольвегу в марте 1915 г. меморандум, в котором обосновал необходимость изъятию у России Литвы, Курляндии, само собой, приграничных польских территорий с тем, чтобы расселить там германских колонистов из собственно Рейха и фольксдойчей из России
      В том же направлении мыслил и Гуго Стиннес, поддержавший Класса, а в октябре 1914 г. (после Марны и в разгар кровопролитных боев на Восточном фронте) собрал германских финансистов и промышленников и совместно они выработали программу аннексий на Востоке - прежде всего Польша, Курляндия и Эстляндия и до кучи еще кое-что с тем, чтобы создать "аграрный" противовес ожидавшемуся индустриальному приросту на Западе (за счет аннексий в Бельгии и Франции). Вслед за этим германские промышленники и интеллектуалы изложили свое видение будущего Востока как "последнего клапана". куда можно было слить излишнее германское население. "Необходимо противостоять росту славяно-русского населения за счет "декомпозиции" России, германизированным "пограничным валом" на Востоке и путем активной демографической политики в своей стране, а единственную в своем роде возможность для этого давал только Восток". Как писал Ганс наш Дельбрюк в августе 15-го - "Старые идеалы встают перед нами: освобождение земель старой германской колонизации от ига московитов! Еще десятилетия назад в своих политических мечтаниях, в этих ежегодниках я добрался до таких горизонтов...").
      Про проект герцога Мекленбургского я уже писал, поэтому повторяться не буду, а продолжу дальше. 11 августа 1915 г. Бетман-Гольвег писал кайзеру, что "если ход событий на фронтах и процессы в самой России (канцлер имел в виду "революционизирование" России посредством финансовой и организационной поддержки всяких националистов и оппозиционеров - ставка на "цветную" революцию) должны позволит оттеснить империю московитов на восток, отколов западные ее окраины, то для нас избавление от этого кошмара на Востоке являлось бы чрезвычайно важной целью, которая оправдывала бы большие жертвы и чрезвычайное напряжение в этой войне...".
      Осенью 1915 г. статс-секретарь по иностранным делам Г. фон Ягов отправил тайного советника, политэконома и агронома М. Зеринга в поездку на оккупированным прибалтийским провинциям, и Зеринг по итогам поездки представил отчет, в котором высказал пожелание отодвинуть западную границу России на линию Чудское озеро - Дрина - Ровно - р. Збруч (Фишер отмечает в этой связи, что эта граница в общем совпадает с той, которая установилась по итогам Гражданской войны 1921 г). Изъятые территории предполагалось онемечить за счет переселения колонистов - немцев из самой Германии и главным образом плодовитых фольксдочей из России (известно ведь, что именно германский элемент придал России ее силу - а изыми германца из России, и русские вернутся в первобытное состояние).

      Добрый дедушка Зеринг



Max_Sering



    Однако все эти положения так или иначе касались национальных окраин Российской империи, которые должны были перейти под контроль Германии (и существенно ослабить России - как-никак, а - 28 млн. населения вместе с Финляндией не шутка по тем временам). А что же должно было произойти с самой коренной Россией после того, как эти требования были бы удовлетворены? Мы не будем рассматривать проекты и предложения, которые выставляли немцы во время зондажа насчет сепаратного мира с Петроградом как при старом "прижиме", так и в 1917 г. при "временных" - наобещать можно много чего, а вот что случилось в реальности, когда Россия балы повержена? Какой смысл вкладывали германские политики и бизнесмены с тезис о "тесных экономических и финансовых связях" с Россией послевоенной? Инструкции Людендорфа Максу Гофману на переговоры в Брест-Литовске включали в себя, помимо обязательных к тому времени отторжения Прибалтики, Польши, Финляндии, Молдавии, Восточной Галиции и Армении следующее положение, весьма любопытное - "Экономическая помощь при восстановлении России и теснейшие экономические связи России и Германии; затем возможен союз с Россией". Однако при этом в германских правящих кругах исходили из того, что для Рейха чрезвычайно выгодно и полезно, если бы Россия распалась на некоторое количество failed state, "нуждающихся" в мудрой опеке со стороны старшего партнера, и чрезвычайно ослабленное государство-остаток (т.е. собственно Россию). Германские промышленники и банкиры требовали, чтобы в будущем мирном договоре с Россией были включены пункты, предусматривавшие восстановление выгодного для Германии торгового договора в редакции 1904 г., гарантированных поставок сырья из России и абсолютного исключения присутствия на русском рынке англо-американских и прочих конкурентов - т.е. полной германской монополизации русского рынка (нетрудно догадаться, что ожидало в таком случае русскую промышленность и банковский сектор - а вместе с ними и русский суверенитет. Синергия, однако).
      По мере развития переговоров Брест-Литовске позиция Германии изменилась: "Есть лишь два варианта. Либо вернется империалистическая Россия, либо Россия распадется. В первом случае Россия будет нашим врагом, ведь она захочет получить незамерзающие курляндские гавани, уж совершенно не считая того, что империалистическая Россия будет постоянно рваться на Балканы ... и давить на Австро-Венгрию. Империалистическая Россия в любом случае может быт в дружбе с Германией, если мы не лишим ее побережья, но никогда - со Срединной Европой. Поэтому ... мы должны поставить все на другую карту - распада России, которому будет благоприятствовать вытеснение ее с балтийского побережья. Если отпадут Украина, Прибалтика, Финляндия и т.д., это будет постоянно отражаться на России, но это, в особенности в отношении украинцев, кажется ... еще не обеспеченным, а у России остается еще и огромная Сибирь. Если Россия восстановится, нашим потомкам, по всей вероятности, придется вести 2-ю пуническую войну против англо-русской колации. Кроме того, чем далее на Восток будет расширена сфера нашего влияния, тем лучше для нас...".
      В общем и в целом эта программа,в особенности ее последняя часть, расширение сферы влияния, и была реализована в ходе германского наступления на Востоке весной 18-го года. Стоит обратить внимание, что границы этой сферы в общем совпадают с теми, что начертал в своем меморандуме еще осенью 14-го года А. Тиссен.



9527518

.

      В перспективе же предполагалось, что для Германии было бы идеальным вариантом, когда "русский транспорт, индустрия и все народное хозяйство должны попасть под наш контроль. Надо обеспечить использование нами всего Востока (имелись в виду не только собственно Великороссия. но и Сибирь, и Центральная Азия - Thor). Там следует искать выплаты по нашим военным займам (т.е. будем грабить, и грабить эффективно (с) - Thor. Впрочем, ничего личного, только бизнес, и горе побежденным). И, поскольку летом 1918 г. было очевидным, что вряд ли на Западе удастся претворить в жизнь грандиозные планы расширению германских пределов, более того, у германских финансистов и промышленников крепло убеждение, что после войны их вытеснят с мирового рынка, то они пришли к выводу, что необходимо компенсировать потери этого рынка за счет России (то, что от нее останется), "бантустанов" и Балкан. С этой целью немецкие финансовые, стальные, угольные и прочие "бароны" вышли с предложением создать синдикат, который создал бы необходимые финансовые и иные условия для проникновения и закрепления германского экономического влияния на Востоке через предоставление кредитов, установления контроля за русской инфраструктурой, получением концессий и исключительных прав на разработку полезных ископаемых и поставок сырья, а также оккупацией мурманского побережья. В целом это должно было привести к установлению германского экономического протектората над Россией и, естественно, вассальной зависимости ее от Рейха. Такая вот выходит история...
Tags: история, ликбез, цитадель демократии энд ко
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments