govorilkin (govorilkin) wrote,
govorilkin
govorilkin

Category:

О ЧФ и Лазареве (в 2,5 частях)

Немного о ЧФ и Лазареве, часть 1
Надо сказать, что адмиралу Лазареву повезло.
Во-первых, ему доверял Николай I, считая его самым честным человеком, и талантливым морским начальником.
Во-вторых, Меншиков и Лазарев были друзьями. И Николай, поддерживаемый Меншиковым, решили произвести на ЧФ "флотскую революцию".
Дело в том, что при Алексее Самуиловиче Грейге ЧФ превратился в одно большое УГ. Нет, понятно, что денег в александровское царствование выделялось мало, что Севастополь как база флота, вообще не развивался и застыл на уровне, обеспеченном Мордвиновым и Потемкиным. Но я честно, как бы мне не рассказывали, какой Грейг хороший, не могу понять, почему командующий ЧФ сократил учебный процесс для кораблей сначала до 4 месяцев в году, а потом и до 1 месяца в году. В 1820-е в апреле флот вооружался, в мае производился инспекторский смотр, с мая по август бывало два, а то и три плавания, не более трех дней каждое, и в конце августа флот разоружали. Далее офицеры застревали в кабаках, шалманах с бордельмаманами или на охоте, а матросы занимались садоводством, ну или бухали по-черному.
Если же вернуться к боевой подготовке - плавали только при хорошей погоде, недалеко и недолго. И не дай бог чего. Естественно, что такой "флот хорошей погоды" Николая в его геополитических планах не устраивал в принципе. И он предложил должность командующего Черноморским флотом Лазареву.
Цитата:
"Что касается Лазарева, то контр-адмирал от нового назначения был не в восторге. 28 февраля 1832 года М.П. Лазарев в письме А. А. Шестакову писал: «…я, сверх всякого чаяния и в особенности против желания моего, назначен начальником штаба Черноморского флота. Как кн. Меншиков и другие ни старались назначение сие переменить, но не удалось…» Понять Лазарева можно: зачем лезть головой в петлю, когда и так служба и карьера на Балтике шли весьма успешно. Но приказ императора — есть приказ императора. К тому же назначение на столь ответственную должность, да еще в такой ответственный момент, было знаком особого доверия со стороны Николая I. Дважды такие назначения не предлагают. Мы никогда не узнаем, о чем говорил император с Лазаревым, но суть разговора была такова, что Лазареву следовало принять дела, вникнуть в обстановку, а затем принимать под свое начало Черноморский флот. Со своей стороны, Лазарев, по-видимому, вполне обоснованно, поставил свои условия — перевод вместе с ним на Черное море своих людей, которым он лично доверяет, в личной преданности которых он абсолютно уверен, и которых он планирует расставить в ближайшее время на командные посты. Для Николая это не было принципиальным вопросом, так как ставки в начинавшейся игре были слишком велики.
Это вполне логично и оправданно, ибо одному среди враждебного окружения было просто не выжить. Именно поэтому Лазарев начинает добиваться разрешения от морского министра о переводе к себе на Черное море офицеров, на которых он мог бы положиться.
Среди тех, кто должен был отправиться на Черноморский флот вслед за Лазаревым, были: его шурин контр-адмирала Авинов (вскоре он станет начальником штаба Черноморского флота), кузен супруги Лазарева капитан-лейтенант Корнилов (он станет офицером для особых поручений, а затем сменит на должности ослепшего Авинова), друг и однокашник по Морскому корпусу капитан 1-го ранга Бутаков, всецело преданный капитан 2-го ранга Нахимов (они возглавят корабли и корабельные соединения), лейтенант Истомин (станет адъютантом и командиром нескольких кораблей) и многие другие. Сейчас бы сказали, что Лазарев прибыл на Черноморский флот «со своей командой»."

Первые шаги революции - 17 февраля 1832 года, совершенно неожиданно для Грейга и его окружения, контр-адмирал Лазарев назначается начальником штаба Черноморского флота. Это был уже «шах». Но до окончательного «мата» еще предстояло сделать еще несколько смелых ходов.
Нового начштаба встретили абсолютно нервно и неприязненно. Так, обер-интендант и по совместительству контр-адмирал Критский вызывающе игнорировал любые распоряжения Лазарева. Например, командир Севастопольского порта капитан 1-го ранга Г.И. Рогуля 29 декабря 1832 года доложил Лазареву, что обер-интендант Критский препятствует подготовке кораблей, отдавая следующие распоряжения: «Я запрещаю Вашему высокоблагородию переделывать что-либо в нынешнее время на кораблях и фрегатах, изготовляемых к выходу в море, разве будет состоять на то особое предписание от г. Главного командира или какая-нибудь вещь придет в худость, в гнилость, в негодность и испортится или поломается. Оставляйте все в таком виде и положении, в каком были вещи на кораблях, когда Е.И.В. изволил иметь пребывание свое на корабле “Париж”». Задумайтесь, обер-интендант по сути запретил делать на кораблях текущие ремонты!! Куда уж тут Бурбонам до него: "После нас хоть потоп"!
Лазарев, достаточно разозленный таким положением вещей, пишет Меншикову: «Я неоднократно входил с представлением к г. Главному командиру Черноморского флота и портов… об исправлении оказавшихся на кораблях эскадры худостей… и… всегда получал уведомления, что от него… предложено было обер-интенданту Черноморского флота и портов в удовлетворение таковых требований моих, сделать надлежащее распоряжение, но со стороны последнего (Критского) не токмо не было никакого исполнения, но даже не обращаемо было и малейшего внимания, чрез что… суда эскадры во многом нуждались…». Или «…Я не знаю, когда наступит то счастливое для Черноморского флота время, что мы избавимся от столь вредного для службы человека, каков во всех отношениях есть г. Критский».
Черноморский флот в этот момент представлял из себя эдакое царство Великого Могола: "Кораблестроение заставляло многого желать благодаря пронырству евреев, сумевших завладеть с подрядов этою важною отраслью. Личный состав флота переполнился греками, стремившимися удержать значение не столько доблестью и любовью к делу, сколько подмеченной в них еще древним летописцем лестью."
Сам Лазарев в 1833-м году пишет, что боевая подготовка на ЧФ - ужас. Флот банально три года вообще в море не выходил. А рулила всем на флоте... жена Грейга, она же любовница Критского, Юлия, на самом деле - Лея-Лия Мойшевна Рафалович-Сталинская (одному мне вспомнилась ситуация перед РЯВ, да?). На флоте всеми подрядами заправляли еврейские банкиры типа Герша Мовшовича, что само по себе намекает неиллюзорно. Реально, фразу Николая I, сказанную своему сыну Александру: "В России, Сашка, только мы с тобой не воруем!" надо выбивать золотыми буквами на любом учебнике истории.
Ну а в 1833-м рвануло - в сонном царстве шлюх, пьяниц, воров-подрядчиков и бездельников произошел переворот - 8 октября 1833 года Лазарев Указом царя стал командующим Черноморским флотом. И началась великая чистка.




Немного о ЧФ и Лазареве, часть 2
Чтобы было понятно, в каком техническом состоянии находился ЧФ перед командованием Лазарева - можно посмотреть поход русского флота на помощь султану в 1832-м. Почитать записки Лазарева - это сайт "безнадега.ру". Итак, 2 февраля 1833 г. эскадра М. П. Лазарева в составе линейных кораблей «Императрица Екатерина II», «Анапа», «Чесма» и «Память Евстафия», фрегатов «Архипелаг», «Варна» и «Эривань», корвета «Сизополь» и брига «Пегас» вышла из Севастополя и направилась в Босфор. "Императрица" в походе "чуть не развалилась, и вообще - чудом дошла". На "Чесме" прогнили мачты и реи, в мачту ладонью легко забили гвоздь.
Паруса на кораблях исключительно плохие, рвались даже при слабом ветре.
Экипажи: "На многих кораблях более 30 человек нет старых людей. Придется учить тогда, когда надобно действовать – и кого учить? Народ самый дрянной и хилый. Притом же, учить в мороз, ты сам знаешь, какие можно иметь успехи. Магазины пусты, словом сказать, все против меня вооружается, а ответственность предвижу немалую. Нечего делать, не все красненькие деньки! Подкрепляю себя тою только надеждой, что при теперешних обстоятельствах всякий бы другой немногим бы лучше сделал."
И что делает Лазарев?
Мало того, что он чинит корабли, натаскивает экипажи, и т.д. - более того, конфликт закончился, флот возвращается в Севастополь, и Лазарев... объявляет карантин на эскадре на 42 дня - то есть эскадра остается в море и во всю занимается БП. Заметим, что на этот момент Лазарев только начальник эскадры, а не комфлотом. Результаты учебы: "Босфор оставили мы 28 июня, а некоторые 29-го, с большею частью судов я прибыл сюда 1 июля, а другие 2-го, 3-го и 5-го; теперь мы все здесь собрались, и военные и зафрахтованные купеческие суда, выключая корабля «Чесма», на котором гр. Орлов отправился из Босфора в Одессу 1-го сего месяца и которого я ожидаю в весьма скором времени. По предложению моему нам предоставлено выдержать карантин в море, что составит 42 дня, и весьма полезно. На якоре мы попрактиковались довольно, а про море знаем мало. Команды начали работать порядочно, т. е. на якоре, крепят паруса со взятием у марселей по два рифа в 2 3/4 минуты, что прежде делали в 17′. Худо нам было при начале, т. е. когда пошли из Севастополя 2 февраля! Теперь совсем другое.
Артиллерией действуют также порядочно, но все это примерно, выйдем в море, постреляем, а касательно маневров, то я надеюсь, что по окончании кампании из бегучего такелажа немного останется такого, который бы обер-интендант наш употребил на другое судно."

Естественно, что став комфлотом, Лазарев поставил две основные задачи - это подготовка экипажей и создание нормальной материальной базы, ибо до него база была примерно такой: "Адмиралтейство беднейшее, состоящее более из мазанок, магазины тоже, казарм только две, в которых можно жить, а остальные без полов и потолков, денег не дают на сие ни копейки, и что делать – не знаем. Крайне желательно, чтобы приехал сюда государь, он, верно, столь прелестный порт не оставил бы в таком запущении, да притом же Севастополь есть один только порт в целом Черном море". Это еще что - солдатам было даже хуже: "Гарнизоны наши в местах сих сожаления достойны, а особенно в Поти и Гаграх, где люди, так сказать, гниют, ибо кругом болота и нет казарм."
У меня вообще иногда закрадывается вопрос - каким образом мы смогли удержать и завоевать Кавказ, имея такую материально-техническую базу? За это просто четвертовать надо! "Строевого лесу по всему берегу очень много, и, конечно, судя по климату и гористому местоположению, должен быть свойства самого крепкого, но, как кажется, никто не обращает на сие внимания. Оставя абхазские берега, прошли в Севастополь, где я остался на 10 дней, а адмирал на своей яхте отправился на другой же день обратно в Николаев. Ну, любезный дружок, что за порт Севастополь! Чудный! Кажется, что благодатная природа излила на него все свои щедроты и даровала все, что только нужно для лучшего порта в мире, но зато рука человеческая не очень заботилась, чтобы дарами сими воспользоваться, а, напротив того, казалось, что будто старалась испортить его: не имея дока и до сего времени для разломки кораблей, ломали оные только до воды, а днища, одно за другим, тонули и засаривали тем лучшее место гавани!!"
Понятно, что надо было все менять. Но даже избранная команда лазаревцев не сможет ничего сделать, если не вдохнуть во флот соревновательный дух, не заразить людей работой, желанием учиться и становиться лучшими. И речь тут прежде всего об офицерах, ибо они определяют любой корабль. Перефразируя "скажи мне, кто твои офицеры - и я скажу кто ты".
В 1834 году вводится в качестве обязательной "Пушечная экзерциция", "Правила приготовления корабля к бою", "Инструкция вахтенным лейтенантам" и т.д. Лазарев всемерно поддерживает тех офицеров, которые проявляют страсть к командованию. По английскому подобию он поддерживает институт "мастер энд коммандер", выдвигая вперед прежде всего тех, кто имеет опыт самостоятельного командования и плаваний хоть на тендере, хоть на люгере. Строится множество тендеров, чтобы крейсировать у Кавказского побережья, куда наши дорогие западные партнеры поставляют контрабандно оружие и деньги для исламских террористов (ну ведь ничего же не изменилось, правда?). И вот она - школа для матросов и офицеров! Сегодня перехват контрабанды, завтра - обстрел умеренной оппозиции у Гагр, послезавтра - содействие армии, и т.д. Флот плавает круглогодично. Понятие "зимние квартиры" и "разоружение" отринуто и забыто.
Создаются комиссии из кэптенов и адмиралов, которые экзаменуют мичманов каждый год, и выдают особо отличившимся лейтенантские погоны.
При этом Лазарев обращает внимание именно на реальную боевую подготовку, ему на парады и шагистику плевать. Меншиков, посетивший в 1836-м году Севастополь, был не особо порадован прохождением в парадном строю войск Севастопольского гарнизона. Он пишет Лазареву: "У вас нет искусника в этом отношении. Не прислать ли вам экзерцирмейсетра?" На что комфлота говорит, что ему неинтересно как они шагают, главное - как будут воевать.
В это время на Балтике, забыв про реальную учебу, матросики муштруются на плацу, и учатся шагистике. Ибо на это приятно смотреть князюшке и императору. Ну нравится пацанам, "папа, хочу слоников посмотреть", и все.
Дальше - больше.
Лазарев наверное впервые в русском флоте в 1841-м году проводит учебные бои между эскадрами. А это уже задания на совмещение практики с тактическим мышлением. Каждый выход на учебу в море директивно определяется длительностью НЕ МЕНЕЕ 3 недель.
Ну а далее - ввод "Корабельных Расписаний" - аналога английского "Морского Списка". По сути варвар-англофил Лазарев замахнулся на святое - он требовал и считал, что надо продвигать и назначать людей только по способностям. И что их происхождение и связи никакой роли не играют!
Ой, что тут началось! Малявы полетели в Питер, и Меншикову, и Николаю, только проблема была одна - Меншиков и царь Лазареву доверяли БЕЗУСЛОВНО, и в результате все слезницы оказывались на столе... у комфлота. То есть получалось нечто "переписки жильцов дома №6 с начальником ЖЭКа".
И в результате к 1841-му Михаилу Петровичу удалось - Лазарев сделал на Черном море боевой, нормальный, сплаваный флот. Который всемерно повышал свою боевую подготовку, проводил в море практические плавания и стрельбы, но которому еще не хватало инфраструктуры.
А чистка конюшен, вы ее ждали, да?)
Будет она, будет, не беспокойтесь. Мне гораздо более важно объяснить две вещи:
а) почему я реально выделяю Лазарева из всех русских адмиралов
б) Почему я считаю, что у ЧФ с Лазаревым во главе были шансы против любого флота.
Ну и в)
Вы привыкли, что про я пишу про недостатки русского флота. Так неужели неинтересно почитать про достоинства? И про то, как нормальные люди недостатки исправляли.
Ах да, мне скажут, что все же закончилось Крымской и утоплением флота.
А вот об этом мы поговорим в самой последней части.
Ну и напоследок - о "жестокости" Лазарева. Об этом много пишется и говорится в книжках типа ЖЗЛ и т.д. На мой взгляд - это полная туфта. Вот свидетельство капитана Зорина: "невытянутая снасть, неправильно поставленный парус, малейшее отступление гармонии в оснастке даже малейшая нечистота составляли служебное преступление, затрагивающее честь провинившихся". То есть по сути Лазарев сделал упор не на "расстрелы, порки, анальные изнасилования" а на честолюбие. Причем на честолюбие как офицеров, так и матросов. Офицеры и матросы САМИ СТРЕМИЛИСЬ делать свою работу хорошо, ибо - в кои-то веки - у них открылись социальные лифты (Корабельное расписание), которые не требовали богатых и влиятельных покровителей, или подношения бабла очередному визирю.



О ЧФ и Лазареве, дополнение, или "Из навоза и опилок"
Примерно с конца 1840-х пароходы начинают играть все более важную роль. Лазарев это отлично понимал, и в 1848-м году выходит его директива: "необходимо озаботиться обучением хороших пароходных командиров, поскольку, сколь бы не были идеальны знания командира парусного судна, он, переходя на командование пароходом, сталкивается с совершенно новым делом".

К командирским кадрам на пароходы относились очень серьезно, офицеров отправляли в Англию, на учебу, и на участие в достройке и испытании своего парохода. Кроме того, офицерам в Англии вменялось в обязанность ознакомление с с лучшими английскими пароходами, с их вооружением, особенностями, подготовкой экипажа, и проч. Особе внимание должно было уделяться действию в экстремальных ситуациях.
Умение находить нестандартные решения отлично характеризует случай с колесным пароходом "Метеор" капитан-лейтенанта Усова, у которого на переходе из Севастополя в Николаев потекли котлы и он потерял ход у Тендры. Что делать? Под парусами дошли до Очакова, там по предложению механика набросали на трещины в котле.... конского кала, который, при взаимодействии с паром, просто законопатил все трещины в котле. В результате пароход своим ходом благополучно прибыл в Николаев.

Tags: история, ликбез, полезное
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments