govorilkin (govorilkin) wrote,
govorilkin
govorilkin

Categories:

Тезисы о днепровском казачестве

1.В XIV-XV столетиях население на северо-западной окраине Дикого Поля (в Поросье и Посулье) никуда не исчезало. Могли меняться его численность, состав и этнонимы (бродники, торчины, севрюки, мамаи). Неизменным оставалась этническая основа - приспособление к ландшафтам речных долин лесо-степной и степной зон и полувоенный быт фронтира. Языковой (славяноязычие или тюркоязычие) вопрос на повестке дня вообще не стоял. Религиозный возникал ситуативно.

2.Слово «козак» впервые зафиксировано в латино-персидско-кипчакском Codex Cumanicus (вероятнее всего, создан в Кафе, где была францисканская миссионерская школа, в 80-е годы XIII века). Достаточно широко использовался в мусульманских источниках XIV-XV столетий в качестве обозначения вольных наёмников, людей, покинувших свои улусы, охранников караванов и степных разбойников. Причем, надо полагать, это всё ипостаси одних и тех же людей. Как говорится: «не мы такие, жизнь такая». В 1492 году впервые упоминаются казаки-христиане (черкасцы), в гирле Днепра ограбившие турецкий корабль.

3.То, что вольных людей, в конце концов, прибило к христианскому берегу, вероятнее всего объясняется перипетиями Большой Политики. В конце XV века крымский хан совершает несколько массированных военных экспедиций против Великого княжества Литовского (самая известная – разгром Киева в 1482 году). Крым в это время борется с Большой Ордой и в обмен на поддержку Великого княжества Московского Менгли-Герай I оказывает Ивану III услугу. Но аппетит приходит во время еды и после установления турецкого протектората над ханством политический интерес сменяется интересом чиста экономическим, а ясырь становится основой ВВП.

4.Одно дело – молодецкие забавы в степи, пускай и сопряженные с определенным риском для жизни. И совсем другое, когда ты, а еще существеннее – твоя семья, становятся объектом целенаправленной охоты. В таких условиях выживший во время крымских нашествий вольный люд потянулся под крылышко пограничных старост Великого княжества Литовского. Тем более, что они всерьез озаботились прикрытием южных рубежей и начали нанимать казачьи ватаги. Так, центральное место в деле превращения казачества в профессиональную военную силу в первой половине XVI века принадлежит старосте каневскому и черкасскому Евстафию Ивановичу Дашковичу, под чьим знаменем собиралось до трех тысяч казаков. На польском участке степного пограничья пальма первенства в деле привлечения казаков принадлежит барскому старосте Бернарду Претвичу.

5. Впрочем, до середины XVI века слово «козак» все еще продолжает быть обозначением способа жизни, а не социального статуса. Причем, способа жизни не очень престижного. Однако, в «козакование» все больше и больше втягивается военно-служилый люд пограничных замков (а иного там практически не было), так называемые «конные слуги» или «панцирные бояре». Да и земьяне, паны и даже князья не считают для себя зазорным пошукать в Поле хліба козацького.

6.Крутейший поворот в развитии казачества происходит во второй половине 60-х годов XVI века. А еще точнее между принятием Второго Литовского Статута 1566 года и Люблинской унией 1569 года. По Второму Литовскому Статуту шляхтичи получили право на свободное отчуждение и продажу земельных владений независимо от их происхождения. По Люблинской унии значительная часть панцирных бояр не получила шляхетских прав, перейдя в разряд мещан.

В результате была подорвана экономическая база обороны пограничья, земельные «выслуги» или «службы» превратились в товар, мелкая шляхта стремительно разорялась, земли скупались магнатами. Лишенные средств к существованию, профессиональные военные массово пошли в козаки, а степные добытчики стали осознавать себя «лыцарством».

7 Собственно, именно здесь и лежит водораздел между эволюцией днепровского, донского и волжского казачеств. Возникнув в сходных (с определенными нюансами) условиях, их развитие пошло разными путями. Волжское казачество так и не вышло из «подросткового» состояния, оставшись совокупностью банд ватаг и не оформившись в Войско. Днепровское казачество стремительно эволюционировало в военно-служилое сословие на службе Речи Посполитой, первым структурировалось в качестве Войска, ввязалось в борьбу за привилегированный статус с шляхтой и, в конце концов, создало собственную государственность. Донское казачество доросло до структуры Войска и вошло в состав Российского царства в качестве военно-служилого сословия. Причем, развитие донского казачества (точнее, его наиболее «продвинутой» – низовой – части) находилось под явственным влиянием казачества днепровского. Терское и яицкое казачества и по генезису и по времени оформления в Войска можно трактовать, как казачества третьего эшелона. Кстати, ни донское, ни яицкое, ни терское, ни, тем более, волжское казачества лыцарской идеологии так и не выработали. Да, перед ними, хотя бы в силу географических причин, такой задачи никогда и не могло стоять.

8.Осознав проблему с южной границей, правительство Речи Посполитой принялось ее решать. В результате, в 1568-1582 годах правовыми актами Сигизмунда II Августа и Стефана Батория казачество было превращено в полупривилегированное военное сословие. Кстати, из нанятых во время Ливонской войны казачьих контингентов возникла и прошла боевое крещение знаменитая, воспетая Генриком Сенкевичем, запорожская пехота. Считается, что именно тогда и именно в Прибалтике козаки сменили луки на мушкеты.

9.Однако, организовавшись и вооружившись по последнему слову техники, казачество тут же стало головной болью Речи Посполитой в ее отношениях с Османской империей и Крымским ханством. Потому, что традиционные казачьи шалости в виде прогулок в Молдавию, на татарские шляхи Заднепровья и пиратские рейды на Черном море вышли на новый качественный уровень. А отделаться, как раньше, фразами о том, что казаки – дикие люди дети гор и никакого начальства над собой не признают, уже не удавалось. Дошло до того, что в 1583 году пришлось казнить 30 казаков во главе с королевским уполномоченным Янчи Бегером за нападение на турецкую крепость Бендеры. В 1589 году татарские чамбулы дошли до Львова и приподнесено это нашествие было, как месть за казачьи проделки.

10. К внешнеполитической головной боли Речи Посполитой добавился и внутриполитический геморрой. В 1591 году белоцерковский староста князь Януш Острожский силой (как это было заведено у князей руських) присоединил к своим необъятным владениям небольшое имение Рокитное. Проблема же заключалась в том, что дело происходило не на Волыни, где Острожский был царь и бог, а на Украине. Обиженного же шляхтича звали Кшиштоф Косинский и был он старшим Войска Запорожского. А вы разве не знали, что все предводители «казацко-крестьянских восстаний» (как с советских времен принято именовать эти события) были шляхтичами?

С тех пор так оно и пошло.

.автырь macbushin в Лоялистское 2

Tags: история, ликбез
Subscribe

  • Европейский потоп: и нам "звонок"?

    Тонет-тонет-тонет Европа… Пунктуальные, работящие европейцы ничего не могут сделать… Реки вышли из берегов в Австрии, Бельгии, Италии,…

  • Совершенно

    Обыкновенная история История дезорганизованной преступности полна сюжетов, подходящих не только криминальным хроникёрам. Прочитанное в…

  • Спейс джем 2 и повесточка

    Вот и все, ребята. Я не ждал нового Спейс Джема. Но его сделали. И пока самое заметное в этом мульте это десексуализированная Лола Банни. Что-то…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments