govorilkin (govorilkin) wrote,
govorilkin
govorilkin

Categories:

Белые генералы и красная смута


выдержка из предисловия из вот этой книги Карпенко СВ. К26 Белые генералы и красная смута / СВ. Карпенко. — М.: Вече, 2009. — 432 с. (За веру и верность). ISBN 978-5-9533-3479-2 ответит на многие вопросы.

До Первой мировой войны оставались годы, а самые прозорливые военные теоретики и экономисты уже предвидели: это будет война не только между армиями, но и между экономиками воюющих стран. 1914 год подтвердил их правоту: в
XX веке экономические факторы стали играть исключительную роль в войне. Прежде всего – способность государства мобилизовать все финансовые ресурсы и хозяйственные средства на нужды армии, обеспечить устойчивость экономики и прочность тыла в условиях кризиса, неизбежно порождаемого войной и обостряющегося тем сильнее, чем дольше она длится.
Проще говоря, чтобы воевать, государству нужны деньги – не обесцененные инфляцией и позволяющие содержать воюющую армию, не разоряя страну и не ввергая население в обнищание и голод. А чтобы победить в войне, государству нужны очень большие деньги и очень устойчивая финансовая система как становой хребет всего тыла.
Гражданская война в России стала еще более убедительным тому доказательством. И причины поражения белых армий не понять без ответа на «тыловые» вопросы. Почему вожди и правительства белых диктатур не сумели одолеть хозяйственную разруху, порожденную мировой войной и усугубленную русской смутой? Что помешало им «оздоровить» и «подтянуть» тыл: уладить конфликты с казачьими «самостийниками», одолеть спекуляцию, взяточничество и казнокрадство? Почему им не удалось наладить снабжение войск, предотвратить разлагающее, деморализующее воздействие тылового развала на армию?
Как вспоминала Марина Грей, дочь генерала А.И. Деникина, отец ее, на чужбине постоянно говоривший о Гражданской войне, среди причин поражения его войск выделял финансовую необеспеченность: выпускавшиеся его правительством бумажные рубли «невозможно было поменять ни на золото, ни на серебро». А в «Очерках русской смуты» он не раз отмечал пагубное влияние экономического кризиса и раздирающих Белый юг политических конфликтов, тылового «пира во время чумы» на стратегию командования, на снабжение войск, на их боеспособность. «Политика, – обобщал он по одному конкретному поводу, – всецело полонила стратегию, внося своими чрезвычайными противоречиями элемент авантюры в операции, хаос в снабжение и начало деморализации в дух армий».
Белое движение уже перестало быть «белым пятном», пьедесталы белых генералов «встали выше побед» белых войск (а заодно и красных), а состояние казны белых армий и правительств, источники их пополнения и статьи расходования, снабжение войск за счет внутренних хозяйственных ресурсов и заграничных поставок союзников по Антанте до сих пор прикрыты покровами тайны.
Немногие историки пытались прежде и стремятся теперь заглянуть под эти покровы: они слишком «скучны», как-то лишены «жертвенности» все эти сюжеты – финансы, торговля, снабжение, разлагающее воздействие хозяйственной разрухи на войска и государственный аппарат. Конечно, куда занятнее писать «о доблестях, о подвигах, о славе» белых вождей и их армий... Потому и получаются такими однобокими и бестелесными рассуждения о «трагедии Белой гвардии» без показа материальных условий, в каких воевали на фронте и работали в тылу те, кто выбрал своим уделом не приспособление к большевизму, а беспощадную борьбу с ним.
Есть и объективная причина: отрывочность, разбросанность и немногословность источников.
Большинство дел финансовых и снабженческих учреждений белых правительств и их армий погибли во время отступлений и эвакуации. Часто их сжигали сами «делопроизводители»: кто-то счел их лишней обузой, а кто-то спешил воспользоваться ситуацией, чтобы скрыть свои «грешки». При эвакуации Севастополя в ноябре 1920 г. был сожжен секретный архив Управления иностранных сношений: крайне сложные, конфликтные отношения с державами Антанты, механизм союзнических поставок военных материалов и расчетов за них должны были остаться тайной навсегда.
Часть документов белые бросили или не успели уничтожить. Захваченные Красной армией, они оказались в советских архивах, где более полувека хранились засекреченными.
Самые важные документы вывезли высшие военные и гражданские чины – те, кто мог забрать их из шкафов канцелярий, ящиков своих секретеров и письменных столов. На чужбине и они, и главы различных российских представительств, продолжавших работать после октября 1917 г, до последней возможности хранили документы у себя, прятали от посторонних глаз. А если все же передавали в архивы – предпочитали американские: подальше от большевиков.
Показательны суждения Б.А. Бахметева, последнего российского посла в США. В 1948 г. он писал вдове Деникина по поводу намерения дочери М.В. Бернацкого, бывшего главы финансового ведомства Белого юга, передать архив покойного отца в Колумбийский университет в Нью-Йорке: «Опасаюсь... что документы в руках дочери М.В. относятся к области делопроизводства официальных эмигрантских установлений, действовавших за границей после большевистского переворота. В значительной мере, как я полагаю, документы эти касаются распоряжения бывшими государственными суммами. Для историков документы не интересны. Но в руках большевиков или их друзей это будет чудный материал для демагогических выступлений и пропаганды». Таковы обычные опасения тех, на кого судьба возложила роль «исторического деятеля»: как бы за кулисы их «исторической деятельности» не сунули нос политические противники, а следом еще и историки не заинтересовались бы «тьмой низких истин», и нарисованный ими портрет не получился бы далеким от желаемого «возвышающего обмана».
В итоге уцелевшие документы оказались разбросанными по архивам, странам, континентам.
Некоторые из них, так или иначе раскрывающие финансово-снабженческие тайны белых армий и правительств юга России, были опубликованы в СССР и на Западе. <
Но из-за своей фрагментарности и обилия недомолвок они больше ставят вопросов на­пример генерал М.В. Алексеев в своих бумагах и личной переписке сведения о финансировании Добровольческой армии записывал таким образом, чтобы они были понятны лишь ему.
Обильная мемуарная литература участников Белого движения, изданная в эмиграции (даже в 1920-е гг. — самая откровенная по фактам и эмоциям), чаще затуманивает, чем проясняет финансово-снабженческие сюжеты.
Дело в том, что трудности финансирования и снабжения нередко были следствием политического противоборства внутри антибольшевистского лагеря. Кредитование и снабжение белых являлось крайне сложным направлением политики Великобритании и Франции в «русском вопросе», самым болезненным моментом их отношений с белыми вождями. Коммерческие операции по экспорту русского сырья и импорту военных материалов порой вызывали склоки в белых верхах.
Потому-то даже весьма сведущие мемуаристы предпочли умолчать о многих правительственных решениях, договоренностях с союзниками, суммах, поставках и т.п. Прежде всего – в стремлении сгладить самые острые углы, не дать противникам всех мастей материал для «разоблачений», не раздувать разногласия внутри эмиграции.
Другие сводили личные счеты, с разной степенью доказательности обвиняя бывших сослуживцев и начальников в финансово-хозяйственных «грешках».
Те же военачальники, интенданты и чиновники, кто имел непосредственное отношение к расходованию денег из бюджета, к трате заграничных казенных сумм на нужды войск и беженцев, к импорту военных материалов, не откровенничали именно из-за своей осведомленности и личной причастности. Кто-то считал своим долгом скрывать правду от большевиков, от бывших союзников по Антанте и идейных противников в эмигрантской среде, да и вообще от рядовой эмигрантской массы, и без того недовольной «верхами». У кого-то к этим «идейным» соображениям примешались и «шкурные»: спрятать в воду концы собственной предприимчивости.
Умением держать язык за зубами всех превзошли коммерсанты, прибыльно потрудившиеся как в белом тылу, так и за пределами России. Они прекрасно знали и всю подноготную «работы на оборону», и все винтики механизма поставок на армию, и как эти винтики «смазывались». Но, вывезя за границу огромное количество русского сырья, прежде всего зерна, и положив на свои счета изрядную долю казенных кредитов, полученных для поставки белым армиям военных материалов, они, конечно, были заняты куда более важным делом, чем писание воспоминаний.
Большинство же мемуаристов, бывших офицеров и гражданских беженцев, с возмущением и горечью описывают беспрерывный рост цен, бешеную спекуляцию торговцев, бессовестное взяточничество чиновников, позорное бессилие властей в борьбе с дороговизной и спекуляцией, постоянные срывы снабжения войск, повальный грабеж военными мирного населения, массовое обнищание и жизнь впроголодь при роскоши витрин и затоваренности складов. Не понимая причин экономического кризиса, они очень точны и образны в описании его симптомов. Именно в этом «неустройстве тыла» они видели причины поражений войск на фронте. А его виновниками считали «героев тыла» – высокопоставленных казнокрадов, взяточников и спекулянтов, как широко известных, так и предусмотрительно остающихся в тени. Разумеется, мемуары «простых» и «рядовых» вобрали в себя и вынесенные «верхам» приговоры толпы, и разоблачения не всегда добросовестных и бескорыстных журналистов, и неизвестно где раздавшийся «звон», и неизвестно кем запущенные «пластинки» (так изящно именовались в те времена ложные слухи).
http://realizator71.livejournal.com/91319.html
Tags: история, полезное
Subscribe

  • Совершенно

    Обыкновенная история История дезорганизованной преступности полна сюжетов, подходящих не только криминальным хроникёрам. Прочитанное в…

  • Чистейшей прелести, чистейших пол-кило, або Цікаві досліди

    dysto 23 ноября 2020, 19:38:50 В стране с нормальным чем-нибудь мусора, которые громили Инфостор, например, или которые грабили…

  • украина - дывна краина

    хотел сегодня кой-чего купить, нашел на пром.уа сайтик, заказал, тут-же звонок "у нас таких нет, закончились, извините" ну ок ищу другой…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments