govorilkin (govorilkin) wrote,
govorilkin
govorilkin

Category:

Вы или крестик снимите, или трусы оденьте

Эффективность медицины в США

США принято считать эталоном эффективности и порядка. Утверждается, что здесь всё делают быстро, четко, с минимальными потерями. Тем более удивительным оказывается тот факт, что здравоохранение у нас - самое неэффективное среди развитых стран. Мы тратим на охрану здоровья $4887 на человека в год - в то время, как канадцы тратят $2163, британцы $1835, французы $2109 и т.д. Мы опережаем по этому показателю все развитые страны раза в два. Даже если считать не абсолютные цифры, а процент ВНП, то и тут мы впереди планеты всей, тратя почти 14% ВНП на охрану здоровья - и этот процент растёт с каждым годом. При этом мы последние среди развитых стран по продолжительности жизни и по детской смертности. То есть за эти сумасшедшие деньги мы купили довольно-таки посредственное здравоохранение.

Почему так происходит, можно понять из небольшой статьи в Washington Post (For Want of a Dentist, By Mary Otto, Wednesday, February 28, 2007; Page B01). В ней рассказывается, как умер двенадцатилетний мальчик Димонт Драйвер, у матери которого не нашлось $80, чтобы вырвать сыну больной зуб.

Димонт рос в бедной семье: мать-одиночка, куча детей, низко оплачиваемая работа. Нередко оказывалась на улице - точнее, в ночлежке для бездомных. У них была государственная медицинская страховка Medicaid, но их с неё время от времени снимали. В январе этого года, когда заболел Димонт, у них не было никакой страховки. Но даже когда страховка была, у матери не было возможности вылечить зубы детям: большинство дантистов не принимает Medicaid, поэтому к тем, кто это делает, попасть не просто. У младшего брата Димонта было шесть гнилых зубов, и мать пыталась в первую очередь что-то сделать с ними. До самого Димонта дело не дошло. А у него зубная боль перешла в головную, и в конце концов пришлось вызвать "Скорую". В больнице выяснилось, что бактерии из гнилого зуба проникли в мозг. Димонту сделали две срочные нейрохирургические операции. Кстати вырвали и зуб. Но несмотря на эти операции, после полуторамесячного пребывания в больнице Димонт умер. Стоимость лечения Димонта - 200--250 тысяч долларов только за первые две недели (стоимость следующих нескольких недель ещё не подсчитана). Нейрохирургия и выхаживание после неё стоят дорого. Так как таких денег у матери Димонта нет и никогда не будет, больница запишет эти расходы в невозвратные убытки. А стоимость лечения тех, кто МОЖЕТ заплатить - возрастет: больница должна как-то вернуть эти деньги, верно?

Теперь давайте посмотрим, что было бы, если бы наша система здравоохранения была последовательна. Возможны два варианта: последовательно социализированная и последовательно либертарианская медицина.

В первом случае: всеобщее медицинское страхование, каждый получает медобслуживание, - Димонт бы всё ещё жил. Общие расходы - $80 за вырванный зуб. А может, и меньше: если бы ребёнка вовремя осмотрел дантист, то, может, до этого дело бы не дошло.

Если бы наша система была полностью либертарианской, то каждый имел бы полную свободу лечиться - или умирать, если нет денег. Димонт бы умер - и скорее всего, гораздо раньше, чем в двенадцатилетнем возрасте. Возможно, его мать загнулась бы на своих первых родах, так что он бы вообще не появился на свет. Общие расходы - $0.

Но мы не можем быть последовательными. Мы не хотим социализированной медицины, потому что полагаем, что, как говорил Рейган, это шаг на пути к социализму. С другой стороны, несмотря на упорную работу Cato Institute, American Enterprise Institute и Ayn Rand Institute, мы всё ещё испытываем неловкость при мысли, что в богатейшей стране мира люди будут в мучениях подыхать под заборами. Поэтому мы, с одной стороны, отказываем в лечении беднякам, а с другой стороны, когда бедняк помирает, требуем, чтобы его спасали, не обращая внимания на стоимость. В итоге 40 миллионов незастрахованных в США идут к врачу только тогда, когда они оказываются в совсем уж патовой ситуации. Как раз тогда, когда их лечение совсем дорого.

Хороший пример - ситуация с диабетом в Нью-Йорке (см. цикл репортажей в New York Times). В городе болеет 800 тысяч человек - каждый восьмой взрослый нью-йоркец. Особенно страшно в бедных кварталах Бруклина и Бронкса. Почему так происходит - другой вопрос; похоже, что вклад фаст-фуда тут не из последних. Возможно, играет роль и то, что среди бедняков много эмигрантов из бедных стран, где принято наедаться до отвала: кто знает, когда на столе ещё будет пища. Есть гипотезы и о генетической предрасположенности таких эмигрантов к диабету - при жирной и сладкой диете. Но речь не об этом. Медикаментозное лечение диабета в США стоит около $1600 в год. У многих бедных нью-йоркцев нет ни страховки, ни денег - поэтому они и не лечатся. Но когда болезнь приводит к тому, что пациенту грозит смерть, если ему не ампутируют ногу - то его будут лечить. Не можем же мы дать ему умереть. Стоимость операции - за 30 тысяч долларов, плюс протезы, плюс выхаживание.

Наша система здравоохранения неэффективна по одной простой причине: недостаток мужества у общества и политиков. Мы отказываемся честно сказать самим себе, кто мы такие, и чего хотим. В результате мы принимаем половинчатые решения, и потому имеем худшее от двух крайностей.

К счастью, в стране появляются мужественные люди, готовые сказать правду. Я очень надеюсь, что в ближайшее время общество осознает, что альтернатив на деле две: или социализированная медицина, или люди, умирающие под заборами просто потому, что у них нет нескольких десятков долларов на лечение. Потому что тратить больше 15% ВНП на здравоохранение мы просто не потянем.

автырь
Tags: медицинское
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments

Recent Posts from This Journal