govorilkin (govorilkin) wrote,
govorilkin
govorilkin

Categories:

очень нужная цитата

НАЧАЛЬНИК ГЕНШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ

В Курской битве Маршал Советского Союза А.М. Василевский координировал действия войск Воронежского и Юго-Западного фронтов. «Посоветовавшись с Ватутиным (Н.Ф. Ватутин – генерал армии, командующий Воронежским фронтом), – вспоминал позднее А.М. Василевский, – мы решили в ночь на 5-е июля провести предусмотренную планом артиллерийско-авиационную контрподготовку, которая, как выяснилось позднее, дала исключительный эффект. Противник, находившийся в исходном для наступления положении, понес большие потери в живой силе и технике». Гитлеровцы с трудом смогли начать наступление вместо 3-х часов утра 5-го июля тремя часами позже. Но интересно, что именно в этот день, 5-го июля 1943 года, по непредсказуемому стечению обстоятельств вышел из печати очередной номер американского журнала «Тайм»: на обложке заокеанского издания, отмечающего по традиции особо выдающихся личностей мировой истории, был представлен портрет Маршала Василевского.


Жизнь Александра Михайловича Василевского (1895-1977), его долголетняя и многогранная деятельность отданы были службе Вооруженным силам, укреплению обороной, экономической и политической мощи нашей Родины.

Выходец из глубинной России, А.М. Василевский окончил костромскую духовную семинарию, мечтал стать землемером, но началась первая мировая война, и он поступил в Алексеевское юнкерское училище. По завершению учебы получил чин прапорщика. Практические навыки командования приобретал уже на фронте, участвовал в знаменитом Брусиловском наступлении 1916 года. После Октябрьской революции солдаты избрали А.М. Василевского командиром 409-го Новохоперского полка. Он воевал против деникинцев, пронемецких националистических войск прибалтийских государств, Польши. Дальнейший жизненный путь был прям и ясен: военная служба – его единственное призвание.

…Первое, что бросилось в глаза в кабинете маршала – это книги. Они повсюду от пола до потолка. Политические и военные труды, сочинения Суворова, Кутузова, Милютина, Скобелева, много художественной литературы: Тургенев, Шиллер, Хемингуэй. В углу приемник «Сименс», видно память военных лет. Письменный стол, покрытый прямоугольником плексигласа, портрет жены Екатерины Васильевны, пачка свежих писем.

Нас приглашают в соседнюю комнату. В кабинете беседа не состоится. Врачи снова не разрешили маршалу вставать с постели: сердце, оправившись от удара, ещё не в порядке, и медицина бдительно несет вахту.

Александр Михайлович сожалеет о том, что не смог принять нас как он выразился, в «рабочей обстановке». Правда, то, что мы увидели, весьма отдаленно напоминало строгий режим. Специальное приспособление для работы с текстом, остро отточенные карандаши, только что отложенные в сторону страницы рукописи, заполненные каллиграфическим почерком. С почерка собственно и началась беседа.

– Я ведь первичное образование получил в ЦПШ – церковно-приходской школе. Там учили писать на всю жизнь, с розгами, если в том была необходимость, – пояснил маршал. Чувствовалось: в общем-то, случайный вопрос затронул непростые страницы его биографии.

– Отец у меня священник. Дело давнее, но по этой причине мой кандидатский стаж в партии длился вместо одного года около семи лет. Хотя…, маршал сделал паузу, – жили мы бедно, в семье было восемь детей. Вместе с матерью Надеждой Ивановной трудились в огороде и в поле. Зимою отец столярничал, подрабатывал на жизнь. Наша семья не была исключением: ещё беднее жили крестьяне окрестных деревень. Помню, во время учебы в семинарии большевики распространяли листовки: «Не века и даже не долгие годы будет царить у нас на Руси произвол. Час возмездия и всенародной расправы близок, товарищи!»

Из автобиографии, написанной для личного дела.

«По данным от марта 1938 года, полученным от старшего брата Дмитрия, отец Михаил Александрович продолжает оставаться служителем культа – там же и по настоящее время. Связь с родителями личная и письменная утрачена с 1924 года».

В марте 1938 года Вермахт, оккупировав Австрию, начал завоевание Европы, Через год последовал захват Чехословакии, вторжение немецких войск на территорию Литвы. Угроза войны приближалась к границам Советского Союза.

Александр Михайлович после окончания Академии работал в Генеральном штабе. Война с Германией неизбежна – понимали все, но расстановка сил ещё оставалась неясной. Страна и армия не были готовы к войне. Советская дипломатия прилагала максимум усилий, чтобы избежать втягивания СССР в войну, найти союзников и разобщить противников. Генеральный штаб работал едва ли не круглосуточно. Имеющимися силами необходимо было защитить границы и разгромить врага, как тогда думали многие, – «малой кровью, могучим ударом». 1 сентября 1939 года немецкие армии вторглись в Польшу и через несколько дней вышли на подступы к Варшаве. В условиях очевидного военного поражения польского государства и бегства из страны её правительства, Красная Армия, используя договоренность, достигнутую с Германией (пакт Молотова – Риббентропа) заняла восточные районы Польши, силой отторгнутые в годы гражданской войны от России.

Дни и месяцы, предшествовавшие нападению Германии на СССР, были особенно напряженными для Генерального штаба и его «мозгового центра» – Оперативного управления. Анализировались и отрабатывались различные варианты отражения германской агрессии. Эта работа явилась, кстати говоря, предметом недавних спекуляций вокруг имени А.М. Василевского. Массовые тиражи книги беглого советского разведчика Суворова-Резуна должны были убедить неосведомленных читателей, что СССР якобы сам готовил нападение на Германию. Эту надуманную версию, заимствованную у гитлеровской пропаганды, услужливо поддержали некоторые бывшие советские историки (Б.Соколов, В.Данилов и др.) В качестве доказательства они ссылались на проект директивы о нанесении упреждающего удара по немецким войскам, сосредоточенным у границ СССР. Проект такой директивы был действительно подготовлен в Генеральном штабе в мае 1941 г. при участии А.М. Василевского. Но ни политической целесообразности, ни реальных сил для нанесения упреждающего удара не существовало, как не существовало и самой директивы, и проект остался проектом.

Менее известен оперативный план отражения германской агрессии в глубине страны. О самом существовании такого плана можно было лишь предположить по некоторым сведениям, встречающимся в работах Ю.А. Горькова и А.В. Басова. Между тем он разрабатывался, и именно этот план пришлось реализовывать на практике. Чем меньше времени оставалось до начала войны, тем яснее становилось, что мы слабее Германии и нам придется отступать. Может быть, до Смоленска и даже до Москвы. А.М. Василевский отмечает в своих воспоминаниях: «Генеральный штаб и лица, непосредственно руководившие в Наркомате обороны снабжением и обеспечением жизни и боевой деятельности войск, считали наиболее целесообразным иметь к началу войны основные запасы подальше от государственной границы примерно на линии реки Волги. Некоторые же лица из руководства Наркомата (особенно Г.И. Кулик, Л.З. Мехлис и Е.А. Щаденко) категорически возражали против этого. Они считали, что агрессия будет быстро отражена и война во всех случаях будет перенесена на территорию противника. Видимо они находились в плену неправильного представления о ходе предполагавшейся войны. Такая иллюзия, к сожалению, имела место.»

С большим запозданием, но были определены рубежи обороны: наряду с фронтовым – по советской западной границе, стратегический рубеж – по Западной Двине и Днепру и государственный рубеж обороны – на дальних подступах к Москве. Соответствующие директивы в середине мая были направлены в приграничные округа. Наступательных задач округам в них не ставилось и допускалась возможность отступления войск в глубь страны. Ставились задачи минирования, подрыва некоторых объектов и эвакуации населения. В директиве С.К. Тимошенко и Г.К. Жукова, подготовленной при участии А.М. Василевского и направленной 14 мая 1941 г. командующему войсками Западного особого военного округа (Д.Г. Павлову), в частности, указывалось: «На случай вынужденного отхода разработать согласно особым указаниям план эвакуации фабрик, заводов, банков и других хозяйственных предприятий, правительственных учреждений, складов военного и государственного имущества, военнообязанных, средств транспорта…» Аналогичные указания были направлены и в другие приграничные округа.


В мае – июне 1941 года на стратегический рубеж по р. Западная Двина и Днепр были направлены 19-я, 21-я и 22-я армии из Северо-Кавказского, Приволжского и Уральского военных округов. Но главное, стремились не допустить окружения и уничтожения основных сил Красной Армии в первые недели сражений, как на то рассчитывали Гитлер и его генералы. Границу прикрывали 56 из 170 дивизий, имевшихся на западном направлении. В этой связи утвердившийся как недостаток тезис о том, что многие армии и дивизии находились в день нападения Германии на расстоянии до 400 км от границы, видимо, следует поменять с минуса на плюс. 26 июня 1941 года был создан Совет по эвакуации во главе с М.Н. Шверником. Беспрецедентная в мировой истории перебазировка 2500 промышленных предприятий и другого материального имущества с запада на восток создала основу для восстановления потерь военной экономики в оккупированных противником районах и снабжения фронта необходимым вооружением. Своевременно была эвакуирована из Москвы Академия наук, ряд её институтов и Московский государственный университет. Все это реальные факты, требующие обстоятельного исследования и корректировки утвердившихся взглядов на стратегическое планирование кануна Великой Отечественной войны. «Оперативных планов было много, – замечает маршал, – и они были подробно разработаны. Беда состояла не в отсутствии оперативных планов, а в невозможности их выполнения в той обстановке, которая сложилась».

продолжение поста
http://govorilkin.livejournal.com/257785.html
Tags: история, ликбез, полезное, человечище с большой буквы Че
Subscribe

  • Будущее уже здесь

    Самая важная новость апреля или Смерть, звезда и лебеда Аватаром отечественного с/х, как известно, является Посиневший Человек С Тяпкой (ПЧСТ) и…

  • Водяные молоты

    Эпиграф

  • Сладкий булочный хруст

    Как сравнивать реальные заработки рабочих Российской империи и иностранных. В конце 1890-х средняя зарплата фабричных рабочих Москвы и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment