govorilkin (govorilkin) wrote,
govorilkin
govorilkin

Categories:

продолжение про Василевского


Но не только давние наветы на маршала побудили взяться за написание этой статьи. Нельзя не обратить внимания на недооценку огромного личного вклада А.М. Василевского в разгром фашистской Германии и милитаристской Японии и в современной отечественной литературе. Напомним в этой связи, что накануне и в годы войны вопросы стратегического масштаба разрабатывали, а затем руководили крупнейшими операциями Красной Армии, предвидели и решали запутанный комплекс военно-политических и международных проблем главным образом Верховный Главнокомандующий И.В. Сталин, его заместитель Г.К. Жуков и начальник Генерального штаба А.М. Василевский.

Недооценку маршала в нашей литературе заметили на Западе и по-своему истолковали. В британском энциклопедическом очерке о Василевском говорится, что он, «несмотря на выдающиеся способности, был одним из наименее удостоенных высоких оценок советских маршалов». «Это, видимо, произошло потому, – продолжает автор очерка, известный американский историк профессор Э. Зимке, – что он получил церковное образование, служил офицером в царской армии и с запозданием вступил в коммунистическую партию» . Ни одна из указанных причин не оказала влияние на служебную биографию полководца. Сталин раньше себя пропустил Василевского к званию маршала и его награждению первым полководческим орденом «Победа». (Жуков получил звание маршала в январе, Василевский в феврале, Сталин в марте 1943 г. Так же он поступил и с награждением орденом «Победа». Жуков получил орден №1, Василевский №2, Сталин – №3). Трудности у Василевского возникли в послевоенные годы. Но вначале напомним о главных делах маршала в годы войны и его редких человеческих достоинствах.

В битве под Москвой Василевский принимал многие решения, исполняя обязанности начальника Генерального штаба, поскольку маршал Шапошников с Генштабом находился в Арзамасе. За проделанную большую работу по обороне столицы постановлением Совнаркома СССР 28 октября 1941 года А.М. Василевскому было присвоено очередное воинское звание генерал-лейтенант. 30 ноября командующий Западным фронтом генерал армии Г.К. Жуков прислал в Генштаб план контрнаступления Западного фронта и попросил А.М. Василевского срочно доложить его Народному Комиссару Обороны И.В. Сталину и дать директиву, чтобы можно было приступить к операции, иначе можно опоздать с подготовкой.

А.М. Василевский так вспоминал о критических днях битвы под Москвой: «…В должность начальника генерального штаба я фактически вступил 15 октября 1941 года. Шапошников в то время приболел и выехал в Арзамас вместе почти со всем Генеральным штабом. Сталин вызвал меня к себе и приказал возглавить группу Генерального штаба в Москве при нем, оставив для этой работы 8 офицеров Генерального штаба. Я стал возражать, что такое количество офицеров – 8 человек – не может обеспечить необходимый масштаб работы, что с таким количеством людей работать нельзя, что нужно гораздо больше людей. Но Сталин стоял на своем и, несмотря на мои возражения, повторил, чтобы я оставил себе 8 офицеров Генерального штаба и я сам – девятый. Только уже позднее я понял его упорство в тот день. Оказывается на аэродроме уже стояли в полной боевой готовности самолеты на случай эвакуации Ставки и правительства из Москвы, и на этих самолетах были расписаны все места, по этому расписанию на всю группу Генерального штаба было оставлено девять мест – для меня и моих восьми офицеров. Об этом мне потом рассказал Поскребышев. Вообще говоря, то, что самолеты стояли в готовности, было абсолютно правильным мероприятием в той обстановке, когда прорвавшимся немецким танкам нужно было всего несколько часов ходу для того, чтобы быть в центре Москвы… Это было время невероятного напряжения сил. Дни сливались с ночами. Жили одной мыслью: отстоять Москву».

1 декабря 1941 года Сталин и Василевский подписали директиву фронтам на переход в контрнаступление.

«Командующему Калининского фронта

Командующему Западного фронта

Частные атаки на разных направлениях, предпринятые войсками Калининского фронта 27-29.11, неэффективны. Ставка Верховного Главнокомандования п р и к а з ы в а е т:

1. Калининскому фронту, сосредоточив в течение ближайших двух-трех дней ударную группировку в составе не менее пяти-шести сд, нанести удар с фронта (иск.) Калинин, (иск.) Судимирка в направлении Микулино-Городище и Тургиново. Задача: выходом на тылы клинской группировки противника содействовать уничтожению последней войсками Западного фронта.

2. Ставка рекомендует включить в состав ударной группировки наиболее боеспособные дивизии (119, 246, 250, 256 сд, отдельную мотобригаду, 54 кд) и большую часть артиллерии РГК и все «РС» и танки.

3. Разграничительная линия между Западным и Калининским фронтами с 24.00 1.12.41 устанавливается: Тургиново, Судимирка, Калязин – все пункты для Западного фронта. 5 сд с частями усиления включается в состав Калининского фронта; кроме того, из состава Северо-Западного фронта передается 262 стр. дивизия.

4. Получение подтвердить.

Ставка Верховного Главнокомандования

И.Сталин

А.Василевский»

А.М. Василевский как представитель Ставки выехал на Калининский фронт, чтобы вместе с командующим Калининским фронтом генерал-полковником И.С. Коневым организовать контрнаступление. В битве под Москвой войска Вермахта впервые с начала Второй мировой войны потерпели тяжелое поражение. Красная Армия отбросила их от столицы на 100-350 км, развеяла миф о непобедимости гитлеровской армии и захватила стратегическую инициативу.

– Что больше всего осталось у Вас в памяти?

– Сталинград, – отвечает маршал.

– А Москва?

– Грандиозная битва под Москвой – это особая страница войны, но именно разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом явился коренным переломом в войне, – ответил маршал.

В летнюю кампанию 1942 года задачей немецких войск на юге России Гитлер считал быстрейшее продвижение к Ростову, занятие переправ через Дон и выход к предгорьям Кавказа. Основная нагрузка в наступлении ложилась на группу «А», продвигавшуюся по направлению к Северному Кавказу. Группа «Б» должна была прикрыть её с севера и занять Сталинград.

Постепенно из города, лежащего на второстепенном направлении Сталинград превратился в центр кампании. Чем больше сюда перебрасывалось немецких сил, чем ожесточеннее становилась борьба на подступах к Волге, тем значимей становилась победа одной из сторон в гигантском сражении миллионных армий. С конца августа начались кровопролитные бои в самом городе. Его обороной в это критическое время руководил находившийся вместе с войсками начальник Генерального штаба А.М. Василевский.

16 августа 6-й армии Паулюса удалось значительно продвинуться вперед, расчленив советскую группировку на две части. 23 августа 14-й танковый корпус Вермахта неожиданно прорвался к Волге. В то же день германской авиацией был нанесен сильнейший бомбовый удар по жилым кварталам Сталинграда.

– Больше всего запомнились два дня Сталинградской битвы, – продолжает маршал, как бы считая, что наш «контрвопрос» о битве под Москвой исчерпан – Первый день – 23 августа. Развернулось кровопролитнейшее сражение с прорвавшимися к Волге частями противника. Город полыхал огромным пожаром от ожесточенных воздушных налетов противника. Телефонно-телеграфная связь с Москвой прервалась. Сталин спрашивает по радио: «Товарищ Василевский, сообщите, где вы сейчас находитесь?» Отвечаю: «В Сталинграде, на командном пункте в штольне у реки Царица». В ответ: «Врете, сбежали, наверное, вместе в Еременко (в то время командующий Юго-Восточным фронтом – авт.) на левый берег…» Я оторопел и говорю: «Со мной Маленков, Малышев».

Трудно было в этой обстановке сохранить душевное равновесие. Все мы ясно понимали, какую смертельную угрозу означает падение Сталинграда. На северную окраину города были направлены все возможные для этого воинские части, артиллерия, в том числе зенитная. Обратились к населению с воззванием. Это был день наивысшего напряжения».

«Советское командование, – продолжал маршал, – все чаще задумывалось над тем, как переломить ход сражения в свою пользу. Мы с Жуковым понимали, что только укреплением обороны силами поступавших резервов обстановку не изменить, что необходимо подготовить план совершенно новой операции…».

Василевский поручил офицерам Генштаба проработать вариант охвата с севера и с юга группировки противника под Сталинградом. 13 сентября Василевский и Жуков доложили Сталину замысел будущей операции на окружение. Сталин одобрил его в принципе, но подчеркнул, что план наступления необходимо хорошенько обдумать, а главное – не допустить взятия противником Сталинграда. Жуков выехал на Сталинградский фронт с поручением изучить обстановку в районе Клетской и Серафимовичи, а Василевский – на левом крыле Юго-Восточного фронта. В конечном итоге Жуков и Василевский подписали план контрнаступления, который утвердил Сталин, операция получила кодовое наименование «УРАН».

Для введения противника в заблуждение и срыва его возможных попыток переброски войск на сталинградское направление было подготовлено наступление на центральном участке советско-германского фронта – в районе ржевского выступа. Жуков лично занялся организацией операции, получившей кодовое название «МАРС». В случае своего успеха «МАРС» должен был перерасти в операцию «ЮПИТЕР» – план окружения всей центральной группировки немецких войск. Британский профессор Д. Робертс, автор лучшей на западе книги о Сталинградской битве «ПОБЕДА ПОД СТАЛИНГРАДОМ. БИТВА, КОТОРАЯ ИЗМЕНИЛА ИСТОРИЮ» пишет о советской военной стратегии: «Если посмотреть на замысел стратегических наступательных операций командования Красной Армии в зимней кампании 1942/43 годов, то можно заметить, что запланированные тогда операции располагались с севера на юг точно в таком порядке, в каком убывали от солнца те планеты, названия которых они как раз носили – Марс, Юпитер, Сатурн и Уран. Можно также предположить, что размер планет также имел отношение к предстоящим операциям – относительно небольшие операции по окружению противника («Марс», «Уран») должны были смениться более широким охватом немецких войск («Юпитер», «Сатурн»). В любом случае… от масштабов «космического» стратегического планирования советского командования захватывало дух» .

«Второй памятный день Сталинградской битвы, говорит маршал, – 23 ноября, когда наши войска замкнули кольцо окружения вражеской группировки.

2 февраля 1943 гожа Сталинградская битва, продолжавшаяся 200 дней и ночей, завершилась. Трехсоттысячная группировка немецких, румынских, итальянских и венгерских войск была полностью разгромлена. 91000 человек во главе с генерал-фельдмаршалом Ф. Паулюсом и ещё двумя десятками генералов сдались в плен. По оценке некоторых западных историков «случилось непредсказуемое, немыслимое, невероятное». Весь мир следил за ходом Сталинградской битвы, но особенно близки были её события советским людям. Недавними исследованиями отечественных медиков установлено. что в 1943 году после победы в Сталинградской битве смертность гражданского населения нашей страны сократилась в два раза».

Д.Робертс называет Василевского «архитектором победы» в Сталинградской битве, который «повел себя более чем скромно». Замечание не случайное. В книге «Сталинград» маршал А.И. Еременко утверждал, что главными инициаторами и исполнителями плана разгрома немецких войск под Сталинградом были он, Еременко, и член Военного совета Н.С. Хрущев . На вопрос Жукова, как же он такое мог написать о Сталинградской битве, Еременко ответил: «Меня попросил Хрущев». Надо сказать, что между Жуковым и Василевским, двумя совершенно различными по характеру и темпераменту полководцами, не возникало соперничества. Генерал армии С.П. Иванов так охарактеризовал их отношения: «Александр Михайлович довольно определенно отдавал пальму первенства Г.К. Жукову, а Георгий Константинович вел себя с начальником Генерального штаба как равный с равным, чего не допускал во взаимоотношениях ни с кем из известных мне военных руководителей» .

После Сталинграда крупнейшей была Курская битва, в которой произошло сражение, названное ранее «генеральным». А.М. Василевский координировал действия Воронежского и Степного фронтов.

Решение о наступлении под Курском (операция «Цитадель») было принято Гитлером весной 1943 года. 15 апреля он подписал приказ, из которого следовало, что предстоящее наступление имеет целью добиться перелома в войне, а достигнутая Вермахтом победа явится «факелом для всего мира».

В результате всестороннего обсуждения сложившейся обстановки на основе достоверных сведений разведки по предложению Жукова было принято решение о преднамеренной обороне. Василевский пишет: «На состоявшемся вечером 12 апреля совещании в Ставке, на котором присутствовали И.В. Сталин, прибывший с Воронежского фронта Г.К. Жуков, начальник Генерального штаба А.М. Василевский и его заместитель А.И. Антонов, было принято предварительное решение на преднамеренную оборону. Тщательный анализ обстановки и предвидение развития событий позволили сделать правильный вывод, что главные усилия надо сосредоточить в районе Курска, обескровить здесь враг в оборонительном сражении, а затем перейти в контрнаступление и окончательно довершить его разгром».

Попытки противника решить поставленную задачу не увенчались успехом. 12-15 июля 1943 года советские фронты перешли в наступление. 3 августа после того, как войска Воронежского и Степного фронтов, действия которых координировал Василевский, отбросили противника на южном выступе, они приступили к Белгородско-Харьковской операции и 5 августа освободили Орел и Белгород. Этот день и еще знаменателен тем, что впервые с начала войны в Москве был произведен праздничный салют (12 залпов из 124 орудий).

Курская битва, в которой Вермахт потерял 30 дивизий и свои лучшие танковые войска, завершила коренной перелом в Великой Отечественной войне. Изгнание итало-немецких войск из Северной Африки (май 1943), высадка англо-американских войск в Сицилии (июль 1943), стабилизация обстановки на Атлантическом и Тихом океанах, в Юго-Восточной Азии, где японские войска были остановлены у границ Индии, указывали на то, что коренной перелом происходит и во Второй мировой войне в целом.

Возвращаясь к Курской битве, следует сказать, что Василевский, пренебрегая опасностью, находился во время наиболее ожесточенного танкового сражения на командном пункте 5-й гвардейской танковой армии. 14 июля 1943 года он направил Верховному Главнокомандующему документ, в котором обращал внимание на крайнюю напряженность сражения и большие потери наших войск. В нем говорилось: «Вчера сам лично наблюдал к юго-западу от Прохоровки танковый бой наших 18 и 29 танковых корпусов с более чем 200 танками противника. В результате поле боя в течение часа было усеяно горящими немецкими и нашими танками. В течение двух дней боев 29-й танковый корпус [армии] Ротмистрова потерял безвозвратными и временно выбывшими из строя до 60% и 18 танковый корпус – 30% танков» .

Интерес к людям, общение с различными категориями военнослужащих от солдат до генералов были характерными чертами деятельности Василевского. Генерал армии М.А. Гареев вспоминает: «Впервые мне пришлось увидеть генерала Василевского в Генштабе в 1942 году, когда он вместе с Б.М. Шапошниковым собрал из госпиталей выздоравливавших после ранений командиров рот и батальонов для обсуждения проекта Боевого устава 1942 года. Меня особенно удивило тогда, как такие большие начальники терпеливо, заинтересованно и очень внимательно слушали нас, совершенно не пытаясь навязать нам свое мнение» .

Выводы Василевский делал на основе лично увиденного и проверенного, а также докладов участников готовившихся операций, заботился и о технике и о людях. Приведем в подтверждение один из его докладов Верховному Главнокомандующему во время подготовки Крымской наступательной операции 1944 года.

«Товарищу Иванову (И. В. Сталину – авт.)

Копия: товарищу Антонову.

3 марта 1944 года. 23.15.

Сегодня вместе с тов. Обуховым (Ф.И. Толбухиным – авт.) был на Сиваше у Крейзера, туда же вызвали с перекопа Захарова и на месте ознакомились с условиями подготовки Крымской операции.

Прошедший вчера и сегодня дождь окончательно вывел из рабочего состояния дороги. Весь автотранспорт стоит на дорогах в грязи. С трудом кое-как работают лишь тракторами.

От попытки пробраться к Крейзеру на машинах пришлось отказаться, летели на У-2.

При таком состоянии дорог начинать операцию нельзя, не сумеем за продвигающимися войскам подать не только пушки и снаряды, но даже продовольствие и кухни.

К тому же переправы на Сиваше разрушены штормом в последних числах февраля, восстановление из-за подвоза материалов задерживается.

На основе всего виденного лично и на основе докладов непосредственных участников в подготовке операции считаю, что Крымскую операцию можно будет начать лишь в период 15-20 марта.

Александров» (А. М. Василевский – авт.)

Ставка согласилась с доводами А.М. Василевского и операция началась 8 апреля 1944 года.

В ходе освобождения Крыма Василевский координировал действия 4-го Украинского фронта, отдельной Приморской армии, сил Черноморского флота и Азовской военной флотилии; при освобождении Правобережной Украины – действия 3-го и 4-го Украинских фронтов; при освобождении Белоруссии и Прибалтийских республик – действия 3-го и 2-го Белорусского фронтов, 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов.

Из тридцати четырех месяцев на посту начальника Генерального штаба двадцать два Василевский как представитель Ставки Верховного Главнокомандования провел в полном смысле этого слова «на передовой», организуя взаимодействие фронтов и помогая их командующим в руководстве операциями.

Г.К. Жуков писал: «Александр Михайлович не ошибался в оценке оперативно-стратегической обстановки. Поэтому именно его И.В. Сталин посылал на ответственные участки советско-германского фронта в качестве представителя Ставки. В ходе войны во всей полноте развернулся его талант военачальника крупного масштаба и глубокого военного мыслителя. В тех случаях, когда Сталин не соглашался с мнением Александра Михайловича, Василевский умел с достоинством и вескими аргументами убедить Верховного, что в данной обстановке иного решения, чем предлагает он, принимать не следует» .

Лично командуя войсками, Василевский стремился ограничить потери своими продуманными решениями. Так, план взятия Кенигсберга был разработан Василевским, в то время командующим 3-м Белорусским фронтом, чтобы ранее ослабить противника и только после этого приступать к штурму города. В результате объявленная Гитлером неприступной «Крепость Кенигсберг» была взята штурмом за трое суток. «У военачальника, – говорил Василевский, – такая работа, что он несет ответственность за жизнь тысяч и десятков тысяч воинов, и его долг – каждое свое решение взвешивать, продумывать, искать наиболее оптимальные пути к выполнению боевой задачи. Расчетливость и осторожность в рамках необходимости, по моему мнению, являются не отрицательными, а положительными качествами военачальника». Восточно-Прусская операция и взятие Кенигсберга завершились для Василевского контузией и награждением вторым орденом «Победа». Все участники операции были награждены медалями «За взятие Кенигсберга».

Уважительное отношение к людям вне зависимости от их ранга и положения – особая примета маршала Василевского как личности. В служебных отношениях с подчиненными он при необходимости ограничивался такими упреками: «Вы сегодня меня огорчили», «Извольте впредь быть аккуратным», «Надеюсь, мои замечания не останутся без последствий».

Неоднократно вспоминал он и рассказывал о разговоре между Сталиным и Шапошниковым, в котором был затронут вопрос о воинской этике.

Во время одного из докладов об обстановке на фронте Б.М. Шапошников вдруг замялся и затем откровенно сказал, что о положении на двух фронтах пока ничего доложить не может, поскольку к установленному времени начальники штабов не представили донесений.

Тогда Сталин строго спросил:

– Вы их наказали? Так нельзя оставлять нежелание предоставлять нам вовремя необходимую информацию.

– Они наказаны строго. Каждому начальнику штаба я объявил выговор, – ответил Шапошников.

– Выговор? – удивленно произнес Сталин. – Да для генералов выговор это не наказание. Выговоры объявляют на партячейке.

Тогда Борис Михайлович в ответ рассказал, что до революции существовала традиция – офицер, получивший выговор от начальника Генерального штаба, обязан был подать рапорт об освобождении от занимаемой должности. На этом дискуссия завершилась.

Василевский поддерживал молодых и талантливых военачальников, защищал многих от необоснованных обвинений. Это он заметил выдающиеся способности начальника штаба фронта А.И. Антонова, пригласил его на работу в Генштаб, добился у Сталина доверия к нему. В феврале 1945 года по рекомендации А.М. Василевского генерал армии А.И. Антонов был назначен начальником Генерального штаба. Благодаря Василевскому командующим 3-м Белорусским фронтом был назначен молодой талантливый генерал И.Д. Черняховский, который наперекор, казалось, сложившейся удачно судьбе был убит, и заменил его на этой должности сам Василевский. Жуков и Василевский спасли генерала И.С. Конева, который был снят в октябре 1941 года по представлению комиссии Политбюро с командования Западным фронтом за поражения, и добился назначения Конева командующим вновь образованным Калининским фронтом, вызволяли из тюрем и лагерей необоснованно репрессированных сослуживцев. На параде Победы 24 июня 1945 года Василевский возглавлял колонну 3-го Белорусского фронта.

Вершиной полководческого искусства Василевского была подготовка и проведение Маньчжурской наступательной операции в войне с Японией. Василевский был назначен Главнокомандующим советскими войсками на Дальнем Востоке. Он успешно справился с новым поручением. Маньчжурская операция и поныне изучается в военных академиях многих стран мира. Знатоки отмечают достигнутую внезапность операции, оригинальность замысла и мастерство осуществление войсками рассекающих ударов фронтов и четкое управление стремительным наступлением. Примечательно соотношение потерь. У разгромленной Квантунской группировки войск Японии в Манчжурии они составили 83.700 человек убитыми и около 600.000 пленными. Безвозвратные потери советских войск – 12.000 человек. Те, кто твердит, что «Красная Армия завалила противника своими трупами», не вспоминает об этой операции. Василевский за эту операцию был награжден второй медалью «Золотая Звезда».

Едва ли не в каждой беседе возникал вопрос об отношениях Василевского со Сталиным, с которым он только по официальным записям встречался в годы войны около 200 раз.

«Главное для Сталина, – говорил маршал, – была сила и мощь страны. И это, конечно, глупости, когда Хрущев говорил, что Сталин руководил войной «по глобусу», имея ввиду глобус, который действительно находился в кабинете Сталина. Полагаю, что Сталина, несомненно, можно отнести к разряду выдающихся полководцев. Другое дело, что он таким стал не сразу. Именно Сталин осуществлял общее политическое и стратегическое руководство войной, его заслуги в достигнутой победе трудно переоценить. В то же время он был противоречивой личностью.

– По разному складывались и мои личные отношения со Сталиным. В 1941 году, после очередного доклада о военной обстановке, Сталин задержал меня в своей кабинете и спросил: «Вы давно виделись с родителями?» Далее произошел примерно следующий диалог:

– Товарищ Сталин, я ещё в двадцатых годах от них отказался, отец у меня священник.

– Он что, контрреволюционер?

– Да нет, он за советскую власть, но и за религию, у него небольшой приход как у псаломщика.

– Вам не приходило в голову, что думают о Вас родители? Как будет легче на фронте, поезжайте к ним и извинитесь. Думаю, что поступите правильно.

Я был потрясен и вскоре посетил родной дом. Трудно забыть и многое другое. Вот телеграмма, которая была мной получена 17 августа 1943 года.

«Сталин – Василевскому.

Сейчас уже 3 часа 30 мин. 17 августа, а Вы ещё не изволили прислать в Ставку донесение об итогах операции за 16 августа и о Вашей оценке обстановки.

Я давно уже обязал вас, как уполномоченного Ставки, обязательно присылать в Ставку к исходу каждого дня операции специальные донесения.

Вы почти каждый раз забывали об этой своей обязанности и не присылали в Ставку донесений.

Вы не можете ссылаться на недостаток времени, так как маршал Жуков работает на фронте не меньше Вас и все же ежедневно присылает в Ставку донесения…

Последний раз предупреждаю Вас, что в случае, если Вы хоть раз ещё позволите себе забыть о своем долге перед ставкой, Вы будете отстранены от должности начальника Генерального штаба и будете отозваны с фронта».

Заметный вклад внес А.М. Василевский в дипломатические усилия страны в годы войны. Он возглавлял демаркацию советско-финской границы по договору 1940 года, входил в состав делегации В.М. Молотова на ноябрьских 1940 года переговорах в Берлине, принимал участие в работе Тегеранской, Ялтинской и Потсдамской конференций руководителей ведущих держав антигитлеровской коалиции. Примечательно, что в итоге переговоров 1940 года с Гитлером и Риббентропом генерал Василевский, в то время заместитель начальника Оперативного управления Генштаба, и другие члены делегации пришли к выводу, что страна как никогда должна быть готова к отражению нацистской агрессии.

После войны А.М. Василевский был военным министром, заместителем министра обороны, но отношения с партийным руководством, прежде всего с Хрущевым, не складывались. В 1957 году Василевский выступил в защиту Жукова, обвиненного Хрущевым в бонапартизме, и ему было предложено уйти в отставку.

Он рассказывал К. Симонову, что получил это известие от Жукова, у которого был в то время заместителем. Они ехали с Жуковым в машине, и произошел следующий разговор:
– Как, Саша, не думаешь ли ты, что тебе нужно заняться историей войны?
Этот вопрос был для меня неожиданным, – сказал Василевский, – но я сразу понял, что за этим стоит, и прямо спросил Жукова:
– Что, Георгий, как это понять? Понять так, что надо уходить в отставку? Пора уходить?
И Жуков так же прямо ответил:
– Да. Было обсуждение этого вопроса, и Хрущев настаивает на твоем уходе в отставку.
Я подал после этого в отставку» .
Прощаемся. Ловим себя на мысли, что Василевскому и его товарищам посвящены слова известной песни:
«Поклонимся великим тем годам,
Тем самым командирам и бойцам,
И маршалам, и рядовым,
Поклонимся и мертвым, и живым.
Всем тем, которых забывать нельзя,
Поклонимся, Поклонимся, друзья…»

А.М. Василевский – автор замечательной книги «Дело всей жизни», выдержавшей несколько изданий и переведенной на иностранные языки. Но его творческое наследие еще ждет своих исследователей.

Незадолго до кончины он писал: «Жизнь прожита. Если Вы спросите о её главных ценностях, то вот они. Бегает внучка. Две другие мои внучки стали уже взрослыми. Растут мои правнуки. Два сына, считаю, выросли полезными гражданами страны. Один – военный, другой – архитектор. Счастье видеть на склоне лет близких тебе и полезных для родины людей – большое счастье. Но этого мало для человека. Важно ещё чувствовать: жизнь прожита с пользой для общества… Очень хочу пожелать молодым людям. Постигая мудрости бытия, помните: Родина – главное наше богатство. Цените и берегите это богатство. Думайте не о том, что может Родина дать вам. Думайте о том, что вы можете дать Родине. В этом главный ключ к хорошо осмысленной жизни»

http://www.senat.org/vasilevsky/Rzheshevsky_Suhodeev.html
Tags: история, ликбез, полезное, человечище с большой буквы Че
Subscribe

  • Гостюшка

    Правила проживания в моём доме Леночка, спасибо, что приехала. Нас какое-то время не будет, так что поживёшь одна. Как только вернёмся –…

  • Эсма великолепна

  • О диалогах в операционной

    - 335... - Значит, вы поели? Курицу и чашку чая? В десять? А с чего бы? - Мне хирург сказал, что рано утром можно лёгкий завтрак! - Вынужден…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment