August 8th, 2018

Дереву рыбный суп! Суп!

Прекрасно абсолютно всё

Балаклавский дурдом
Все события взяты из книги "The destruction of Lord Raglan : a tragedy of the Crimean War 1854-55" Кристофера Хибберта (Longmans, 1961).

Собственно, с чего бы начать?
Ладно, начнем с Эдварда Боксера. Родился в 1784 году. В Роял Неви с 1798-го. В 1823 капитан. Участвовал в Сирийской кампании 1840 года, тогда же получил Орден Бани. В 1853 году стал портовым адмиралом в Квебеке и получил контр-адмирала. А в декабре 1854 года стал вторым командующим на Средиземном море (замом Дандаса), в мае 1854 года стал портовым адмиралом Стамбула. После высадки союзных войск в Балаклаве, убедившись, что выхода русского флота ждать в принципе не стоит, Дандас назначил своего зама суперинтендантом Балаклавы. И понеслась... Лучше всего об это написал армейский капитан Шипли (Shipley), находящийся на излечении после Альмы в Балаклаве: "В этом хаосе не хватает только одного - головы. Адмирал Боксер не в счет - у него головы в принципе нет".
Корабли прибывали в Балклаву без какого либо уведомления, и до момента разгрузки никто вообще не знал, что в них находится. Иногда корабли прибывали в Балклаву, но разгрузка запрещалась, и они шли обратно в Стамбул.
Начнем с подчиненности.
Боксер, находясь на корабле в Балаклаве, был одновременно портовым адмиралом и Балаклавы, и Константинополя. Записей он не вел никаких в принципе, говоря, что "всё держит в голове". В результате он не знал, сколько кораблей вообще есть в наличии, где им бункероваться, где им разгружаться. Например, флот требовал транспортов для перевозки войск, Боксер говорил, что свободных судов нет, но это не мешало сотням кораблей стоять у причальной стенки Балаклавы, а то и вообще на подходе к бухте, неделями. К октябрю Раглан взорвался: "Если он (адмирал Боксер) говорит, что держит все данные в голове, то неплохо бы найти эту голову!" Далее Раглан продолжал: "Я бессилен. Ни один человек не сможет договориться с Боксером. Это бесполезно."
Собственно в больших потерях во время Великого Шторма большая вина именно Боксера - кучи кораблей болтались в море, поскольку причалы Балаклавы не были готовы их принять, а суда у причальной стенки ждали очередь на разгрузку, которая могла достигать месяца!
После шторма вода в гавани Балаклавы стала похожа на клоаку, выгребную яму - там плавали распухшие покойники, трупы верблюдов и лошадей, кошек и собак, кули с мукой, особый зеленый цвет воде предавали сотни тонн смытых с берега разломанных бочек квашенной капусты и засоленных лимонов. Это еще не все - вокруг обломки рангоута, помои, ящики, тюки сена, сухари, и ВОНЬ. Дикая вонь по всей округе.
На складах был настоящий кондовый бардак. Ящики и тюки складывались совершенно бессистемно, нередки были ситуации, когда на ящики с мясными консервами накладывали сверху тюки с каменным углем, потом слой запасной униформы, а сверху сено для лошадей. Колышки и держатели для палаток смогли найти только через 4 месяца после выгрузки, оказалось, их завалили овсом и боеприпасами. В результате палатка вроде как есть, но вроде как бы и нет - шоу "Импровизация".
Из-за большого количества съестных припасов в Балаклаве развелись полчища крыс. Начали разводить кошек, чтобы бороться с грызунами, но кошки тоже не дураки - если легче утащить мясо с причального склада - на фига охотиться за крысами? Табака не было совсем(его запасы нашли в декабре под ящиками с галетами), поэтому солдаты часто курили высушенные листья, смешанные с порохом.
Collapse )