July 11th, 2016

Дереву рыбный суп! Суп!

Ужасная месть

Это был старинный храм, посвященный каким-то древним злобным божествам. В центре храма, как и положено, находился алтарь, покрытый засохшими кровавыми разводами, оставленными многочисленными жертвами, а перед ним хорошо просматривалась затертая, но вполне работоспособная пентаграмма. Обилие пыли и мусора свидетельствовали о заброшенности святилища, но сейчас его решили использовать по назначению.
У алтаря, воздев руки, стоял чародей, закутанный в темную хламиду, и громко произносил слова заклинания. Свечи горели, курильницы с благовониями наполняли сильными запахами полуразрушенное помещение, а посреди пентаграммы в клубах серного дыма сидел демон. Судя по усталой физиономии, он скучал, но ничего не мог изменить в сложившейся ситуации.
- Объясни мне четко, чего именно ты хочешь, - мрачно порычал обитатель преисподней.
- Мести! - закричал чернокнижник. - Меня унизили и оскорбили, но теперь, когда в моих руках сила "Тринадцати Преисподен", я смогу покарать всех своих врагов!
- А конкретнее? Имена, фамилии, родовые клички, места проживания? Я уже устал выслушивать твои истеричные вопли, давай, наконец, перейдем к делу.
- Райталия! Я хочу отомстить всей этой стране за те унижения, что я получил от ее жителей!Collapse )
Дереву рыбный суп! Суп!

Человеки с изменяемой геометрией

Крис Хемсворт - Тор

Обрести фигуру молодого бога -приятно и льстит самолюбию. Но весь ужас ситуации заключался в том, что между съемками в двух частях "Тора" Хемсворт снимался еще и в фильме "Гонка", где играл чемпиона "Формулы 1" Джеймса Ханта - юношу субтильного телосложения. Поэтому Хемсворту приходилось то сгонять вес, то вновь набирать его. Перед съемками "Тора" он ел, не останавливаясь, и ежедневно подолгу занимался силовыми упражнениями. Когда же приходил черед "Гонки", он переходил на голодание и бесконечные кардиотренировки. А потом - опять "Тор" и огромные объемы пищи. Сам Хемсворт позднее назал этот свой опыт "весьма неприятным".

Эти актеры просто издевались над своим телом ради роли

Collapse )
Дереву рыбный суп! Суп!

О практичности

В 1939 году бабушка моя вернулась из Испании. Как-то внезапно закончился в том году сезон для советских гуманитарных специалистов. Возвращалась бабушка домой не без сомнений, столь свойственным молодым девушкам той непростой поры.
Но Родина встретила бабушку приветливо. Через полгода вдумчивых бесед и размышлений Родина решила бабушку мою понять и направить на интересную работу на другой конец обитаемого мира. В Шанхай, для начала. Что было очень перспективно для бабушки: испанский язык, немецкая внешность и статность в 182 см гарантировали быстрое и очень тайное внедрение в китайское общество.
Сама-то бабушка моя воспитывалась в тевтонской колонии в Поволжье, окончила парашютные курсы и была прекрасным планеристом, не говоря про прочие навыки, гарантирующие успех среди конфуцианцев.
Шанхай так Шанхай.
Выдали бабушке моей подъёмные деньги. Собственно, бабушке впервые выдали деньги, а не довольствие. Когда пальцам привычнее мять выданные на складе хромовые сапоги и свежие портянки, а не рвать банковские упаковки с пачек, получение диких денег составляет некоторую проблему.
Поразмыслив крепко, бабушка решила потратить деньги с умом. Все-таки 22 года, пора обзаводиться шикарными и практичными вещами. Раз хромовые сапоги надо оставлять в Москве. И бабушка купила, капризно перебирая и несколько фасонясь, золотые часы. Женские часы показались бабушке несолидными. В Шанхае над такой мелкотой могли посмеяться зажиточные китайские ценители. Поэтому часы были куплены принципиально мужские. Они и крупнее раз в пять, и сразу видно, что дама на себе не экономит, понимает толк в шике. С золотыми часами остальные покупки пошли гораздо легче. Куплено было всё самое необходимое. К моменту отправки на вокзале бабушка появилась в зеленой шикарной шляпе (пришлось брать женскую), в белых ботах из деликатесного фетра и с оцинкованным корытом на плече. Из прочего на бабушке фигурировал плащ багрового цвета и голубое шерстяное платье в крупный серый горох. И бусы. Остальные участники шанхайской экспедиции смотрели на бабушку в остолбенении. Бабушка посмотрела на часы. Просто так решила посмотреть. Пришлось ставить корыто на перрон. "Это всё?" - спросили у неё. "Конечно же нет!", - светски ответила белокурая бабушка, - "ещё есть муфта и два кило колбасы". "Идите скорее в вагон!" - предложили бабушке провожающие. Бабушка посмотрела ещё раз просто так на часы. Тогда она ещё не знала отчего так нервничает. Дядя Валера родится уже в Китае.
И что тут сказать? Оцинкованное корыто очень пригодилось. В нём и моя мама спала, крошкой будучи. И я то корыто видел. Меня в нём то ли мыли в младенчестве, то ли подводили для благоговения перед символом фамильной практичности.
Вторым символом фамильной практичности ( у нас в семье два символа практичности) служит сундук, в котором моего деда, Георгия Александровича, везли из Охотска в Олу на собачьей упряжке в 1919 году.
(с) Джон Шемякин
Дереву рыбный суп! Суп!

Логика бывает человеческая и женская :) о честности, лживости, черном ящике и эмуляции разумной деят

Джойс Кэрол Оутс
СИНЕБРАДЫЙ ВОЗЛЮБЛЕННЫЙ
Франция. «Синяя борода» Шарля Перро

I

Когда мы гуляли вместе, он держал мою руку неестественно высоко, на уровне груди, как ни один мужчина прежде не делал. Так он заявлял свое право.

Когда мы стояли в ночи под огромным мигающим небом, он нежно наставлял меня в его обманчивости. Звезды, что ты видишь над собой, говорил он, исчезли тысячи миллионов лет назад; а существуют именно те звезды, которых не видишь, — они и воздействуют на твою судьбу.

Когда мы с ним лежали в высоких хладных травах, травы эти слегка смыкались над нами, словно стараясь нас укрыть.

II

Страсть мужчины — его триумф, как я узнала. А принять страсть мужчины — триумф женщины.

III

Он сделал меня своею невестой и привел меня в свой громадный дом, где пахло временем и смертью. Коридоры, двери, комнаты с огромными потолками, высокие окна вели в никуда. Ты когда-нибудь любила другого мужчину, как теперь любишь меня? — спросил мой синебрадый возлюбленный. Отдаешь ли ты мне свою жизнь?

Что есть женская жизнь, которую нельзя выбросить!

Он рассказал мне о дверях, что я могу отпирать, и комнатах, куда могу заходить свободно. Он поведал мне о седьмой двери, запретной, которую мне отпирать нельзя: за нею запретная комната, в которую я не могу войти. Почему не могу я в нее войти? — спросила я, ибо видела, что этого он от меня и ждет, и он ответил, целуя меня в лоб: Потому что я запретил.

И он вверил мне ключ от двери, поскольку отправлялся в дальнее странствие.

IV
Вот он: золотой ключик, весит не больше перышка у меня на ладони.

На нем слабо проступают пятна, словно бы крови. Он поблескивает, когда я подношу его к свету.

Не знала ль я, что прежних невест моего любимого приводили в этот дом умирать? — что все они подвели его, одна за другой, и заслужили свою судьбу?

Я сунула золотой ключик себе на грудь, носить у сердца как знак доверия любимого ко мне.

V

Вернувшись из своего долгого странствия, мой синебрадый возлюбленный убедился, что дверь в запретную комнату осталась заперта, и возрадовался; а когда осмотрел ключ, еще теплый от моей груди, увидел, что пятно на нем — старое, это старое пятно, и не я его посадила.

И с великой страстью объявил он, что теперь я поистине жена ему; и что он меня любит превыше всех прочих женщин.

VI

Сквозь открытые окна незримые звезды воздействуют своей силою.

Но если известна сила, незримы ли звезды?

В нашей роскошной постели сплю я глубоко, и снятся мне сны, которые потом я не могу вспомнить, — невероятной красоты, мне кажется, и волшебства, и полные чудес. Иногда по утрам супруг мой их мне припоминает, ибо дивность их такова, что они вторгаются в сны и к нему. Как такое возможно, что именно тебе, не кому-нибудь, снятся такие сны, говорит он, — такие причудливые произведения искусства!

И он меня целует, и, похоже, прощает меня.

А я вскоре принесу ему дитя. Первое из множества его чад


Послесловие автора
* * *
Легенда о Синей Бороде и его жутком замке — старейшая из всех предупреждающих сказок для женщин: вот титулованный господин, который женится на молоденьких красивых девушках, использует их и потом убивает, чтобы освободить место следующей молоденькой, красивой и наивной невесте. Каждую невесту он предупреждает: у него в замке есть одна комната, в которую ей нельзя входить. Но затем Синяя Борода уезжает в странствие, ключ доверяет ей, а чрезмерно любопытная девица неизменно отпирает дверь и обнаруживает трупы своих предшественниц.

Она ослушалась своего супруга и повелителя, и за это он ее убивает.

В моей версии этой сказки «молодая, красивая и наивная невеста» не так уж и наивна. Она расчетлива, хитра. Она перехитрит Синюю Бороду, выполнив его наставленье — ведь он не ожидает, что она это сделает, — так, словно доказывает несостоятельность библейской Евы, поддавшейся искушенью. Таким образом, целиком и полностью сдавшись на милость хищного самца, молодая женщина «завоевывает» его — она первой из его невест беременеет, и принесет его дитя, продолжив род, что есть компромисс с вековым хищничеством мужчины.

Здесь нет любви, нет романтики — лишь некая холодная, циничная сексуальная манипуляция.

Но из нее вырастает возможность выживания женщины — и рождения ребенка.

Я не стремилась выставить мою женскую фигуру образцом для подражания. Она не «сестра» своим предшественницам: ей известно, что если она встанет в один с ними ряд, Синяя Борода убьет и ее — так же, как их. «Синебрадый возлюбленный» — сама по себе сказка с предостережением, маленькая трагическая притча, от которой читателю надлежит отпрянуть, содрогнувшись: «Слава богу, что я не таков. Ни за что не пойду на компромисс со злом!»

— Дж. К. О.

Перевод с английского Максима Немцова