November 20th, 2009

Дереву рыбный суп! Суп!

Как лекарство, стоившее в советских аптеках 62 копейки, продали за $725 млн

Врачи поставили Денни Крэйну, престарелому основателю юридической фирмы из Бостона, тяжелый диагноз: его мозг постепенно разрушает болезнь Альцгеймера. Самый способный юрист той же фирмы Алан Шор попытался через суд добиться, чтобы боссу разрешили лечиться экспериментальным русским препаратом димебон, не прошедшим всех клинических испытаний. Но Верховный суд в иске отказал. Эта грустная история лишь сюжет одной из серий идущего в США сериала Boston Legal (в декабре прошлого года ее посмотрели более 9 млн зрителей). Но русский препарат — не выдумка сценаристов.

На многочисленных интернет-форумах, посвященных болезни Альцгеймера, тысячи людей обсуждают, как принять участие в клинических испытаниях, чтобы иметь возможность получить вожделенное лекарство. А американская компания Pfizer, один из крупнейших в мире производителей лекарств, минувшей осенью заплатила аванс $225 млн за право продавать димебон по всему миру, пообещав выплатить еще как минимум $500 млн после фактического начала продаж.

Вряд ли талантливый советский химик Алексей Кост в 1969 году подозревал, какая удивительная судьба ожидает синтезированную в его лаборатории на химфаке МГУ молекулу, позднее названную димебоном. Коста всегда интересовало взаимодействие химических веществ и живых организмов: он работал над выведением штаммов бактерий, способных очищать промышленные стоки, создал репеллент кюзол, которым спасались от комаров на стройках в Сибири, а его лекарства ветразин и зилаин использовались в акушерстве. Вот и у нового вещества при исследовании обнаружились противоаллергические свойства.

Клинические испытания препарата на основе открытой Костом молекулы из-за неповоротливости Минздрава затянулись на 14 лет. В 1983 году димебон наконец внедрили в производство — его выпуском занялось новокузнецкое объединение «Органика» Минмедпрома СССР (Кемеровская область). За последующие 14 лет советские врачи выписали аллергикам более 10 млн курсов димебона. Тем временем в стране случилась перестройка, СССР распался, и российские границы открылись для западных фармкомпаний. Те тратили миллионы долларов на продвижение своих препаратов, в том числе антиаллергических. «Кларитин» бельгийской компании Schering-Plough и «Супрастин» венгерской Egis быстро вытеснили димебон с рынка — последние партии этого препарата объединение «Органика», ставшее акционерным обществом, произвело в 1997 году.

На этом история димебона могла бы закончиться, если бы чуть раньше на него не обратили внимание в академическом Институте физиологически активных веществ (ИФАВ РАН) из подмосковного наукограда Черноголовка.Collapse )
Дереву рыбный суп! Суп!

Коробейник

Коробейник
Коробейник пришёл в деревню на рассвете.
Дети, что толпились у колодца, заметили его первыми. Замерли на миг, раскрыв рты, и стайкой воробушков брызнули в разные стороны, сообщить родителям новость: коробейник пришёл!

Тут и там захлопали двери, люди, побросав свои дела, выходили за ворота, переглядывались, переговаривались вполголоса. Коробейник молча ждал, не снимая с плеч деревянного короба с толстыми стенками, окованного железными полосами – даже на вид невозможно тяжёлого.

Наконец, вперёд вышел староста и с достоинством поклонился гостю:
– Надолго ли к нам?
– Завтра утром уйду, – сказал коробейник.
Толпа загудела сильнее: всего один день, времени на всех может не хватить.
– Жаль что так мало, – выразил общее мнение староста, но упрашивать остаться подольше не стал: с коробейниками, как известно, не спорят.
Collapse )