October 2nd, 2009

Дереву рыбный суп! Суп!

хорошо сформулировано

Главная (если копнуть) суть и оранжей, и гайдарочубайсов с Ельциным - это _упростить_ страну.

На момент прихода к власти Гайдара положение в экономике было _аховое_. За 89-91 годы сов. экономику добили. В медицине это сравнимо с флегмоной обеих ног и угрозой сепсиса.

И что сделал Гайдар? ампутировал. Возможно, и были способы лечения, но сложные и занудные. Ампутировать-то проще, и немедленная угроза сепсиса уйдет. Только вот новые ноги потом не вырастут.

Ампутирован был по большому счету весь советский госсектор, который был опущен в нищету и беззарплатицу. Общество _упростили_ до большого Черкизовского рынка, какие-то тлеющие огоньки цивилизации остались только вокруг да около _иностранных_ бизнесов.
Collapse )
Дереву рыбный суп! Суп!

Жопорожец -это ужасно, в Европах такого не делают

Французский партизан

Середина 40-х годов ХХ века. Советские войска и силы союзников только что освободили Европу от коричневой чумы, а во Франции генерал де Голль пребывал в тяжких раздумьях о том, что делать с экономикой своей страны-победителя. Не хватает рабочей силы, денег, сырья… Многие заводы лежат в руинах после бомбежек. В том числе и Renault в Бийанкуре — ведь здесь строили автомобили для немецкой армии. Теперь предприятие национализировано, и правительство вынашивает планы превратить его исключительно в производителя грузовиков. Воплощение планов в жизнь было поручено президенту Пьеру Лефошё.

Collapse )


Renault 4CV, первенец обновленной после Второй мировой войны компании Renault, выпускался в течение 15 лет
Возможно, будь он более покладистым, мы бы не ездили сегодня на «логанах», да и вообще видели бы ромб Renault лишь на радиаторах дальнобойных тягачей. Но история не знает сослагательного наклонения и потому вернемся к реальности.

Мэтр Лефошё, что бы ему ни поручали, на самом деле был одержим совсем другой идеей: возродить массовое производство легковых автомобилей и начать с маленькой, по-настоящему «народной» машинки. Так сказать, сделать из Renault этакий Volkswagen на французский манер.

Причем задел уже был: во время войны энтузиасты во главе с Луи Рено втайне от немецкой оккупационной администрации завода сконструировали заднеприводной автомобиль (вот вам и еще одна аналогия с немецким «жуком»!). Он и внешне был похож, только цилиндры в двигателе стояли в ряд. На смеси бензина со спиртом моторчик объемом 750 «кубиков» развивал 19,2 л. с. — вполне достаточно для скромной массы в 442 килограмма.

Лефошё дает команду своим инженерам спешно довести разработку «до ума», и уже в 1946 году на Парижском автосалоне публике показали Renault 4 CV. Индекс модели отражал мощность двигателя в лошадиных силах (CV = Chevaux vapeur). Пусть вас не смущает цифра «4»: это хоть и лошадиные, но не физические, а налоговые силы. (Так, например, в России сегодня существуют два МРОТ, и никто не протестует против того, что второй, «для штрафов», равен жалким 100 рублям.) На самом деле мощность моторчика рабочим объемом 760 см3 составляла «целых» 17 лошадиных сил. Тоже не слишком много, зато можно было проехать 100 километров всего на шести литрах дефицитного бензина.

Заднемоторную компоновку в те годы выбирали довольно часто и отнюдь не случайно: вес мотора, приходившийся на ведущие колеса, обеспечивал отменную проходимость по далеким от автострад дорогам (это хорошо знают владельцы «запорожцев»). Но и копией немецкого Volkswagen Renault 4CV не был: во французской машине появились четыре двери. Куда как удобнее! Но как в то же время непохоже на предвоенный имидж Renault с установками на роскошь и элегантность…


В течение 1950-х годов было произведено более миллиона экземпляров 4CV
Рождение «Катр шво»

Конвейер на Renault запустили в августе 1947 года, первые машинки попали в салоны в октябре, и вскоре за ними выстроились длинные очереди. Вслух бестселлер называли просто: «Катр шво» — так примерно звучат на французском слова «четыре лошади» (quatre chevaux). Было и другое прозвище — «кусочек масла» (La Motte de beurre), обязанное своим происхождением африканскому корпусу генерала Роммеля. В такой бледно-желтый цвет красили в пустыне немецкие танки и армейские грузовики, которые собирали на Renault во время оккупации. Вот и пригодились неизрасходованные бочки с краской. (Впрочем, из-за высокого спроса запасы трофейной краски быстро закончились.)

Но бог с ним, с цветом. Куда важнее комфорт в салоне малютки длиной 3,61 метра. Благодаря заднемоторной компоновке пол получился совершенно ровным (нет тоннеля для карданного вала). В ширину простор обеспечили… сдвижные стекла: двери без опускного механизма можно было сделать тоньше. И все это вместе перевозило шофера и пассажиров со скоростью до 90 км/ч. «Четыре колеса, четыре двери, четыре места, 424 000 франков», что еще надо от автомобиля?

Довольно быстро «Катр шво» стал обзаводиться новыми версиями кузова. В 1949 году появился кабриолет De’capotable с матерчатым верхом, еще год спустя — престижный вариант Grand Luxe с велюровой обивкой и более мощным (21 л. с.) мотором. Не забыли и ремесленников, которым было не до велюра, зато надо было в чем-то перевозить свои изделия и сырье. Для них сделали «каблучок» Commerciale без заднего ряда сидений и боковых стекол. Тем же, кому надо было просто ездить на работу, пусть и в самых спартанских условиях, адресовали максимально дешевый вариант Affaires — деловой. В отличие от нынешнего понимания «делового» стиля, тогдашний «деловой» означал «только то, что необходимо, и ничего сверх того». В модели Affaires отказались даже от… обивки сидений — скамейка напоминала садовую.

За свою довольно долгую жизнь «Катр шво» пережил на удивление мало модернизаций, что говорит об удачной конструкции. Лишь в 1957 году мотористы уменьшили рабочий объем до 747 см3, но одновременно увеличили мощность базовой версии до 21 л. с. Максимальная скорость выросла до круглых 100 км/ч, а расход топлива снизился до 5,7 литра на 100 километров.


Практичные французы сумели даже из 4CV сделать версию кабриолета класса «люкс»
На старт, внимание, марш!

Тогдашний автоспорт не мог обойтись без столь популярного автомобиля, и 4CV не подвел французов. В ралли Монте-Карло 1949 года, в 24-часовых гонках в Ле Мане 1951 года и, наконец, в 1952-м на «Милле Милья» этот автомобиль одержал убедительные победы в своем классе. Одним из пилотов был молодой сотрудник Renault из филиала в Дьеппе Жан Ределе (Jean Re’de’le’). После своей победы он был назначен «заводским пилотом» и освобожден от ряда скучных административных обязанностей. Ределе воспользовался этим, чтобы посвятить все свободное время своей давней идее — конструированию спортивной машины на базе бюджетного транспортного средства. Так на свет появился настоящий спорткар Alpine, произведший фурор во всем мире.

А переделок, кстати, потребовалось не так уж и много: на мотор поставили два карбюратора, мощность увеличили до 32 л. с., трехступенчатую коробку передач заменили четырех-, а позже — пятиступенчатой. Скорость выросла до 130 км/ч, вот только для охлаждения такого мотора потока воздуха через воздухозаборники в задних крыльях не хватало. Так и ездил Alpine с приоткрытым капотом. Этот приоткрытый капот стал символом гоночного болида и вошел в моду у обладателей скромных серийных «Катр шво». Хотя Renault упорно разъяснял в прессе, что обычному мотору перегрев не грозит: «Почему вы открываете капот? Вы находите это красивым?»

Alpine быстро стал спортивной «иконой» компании Renault и выпускался до 1995 года (конечно, с многочисленными модификациями). Но это уже совсем другая история.

К другим континентам

Несмотря на томившихся в ожидании вожделенного автомобиля французов, пятая часть «Катр шво» уходила на экспорт. Впрочем, свои заводы компания Renault к тому времени уже построила в Бельгии, Великобритании, Испании и Японии. Обозначение 4CV не всем было понятно, поэтому в Испании, например, машину называли Renault 4/4. А в Японии на заводе Hino Diesel, который получил лицензию на производство «четверки», вскоре сообразили, как «приватизировать» слегка видоизмененную конструкцию и оставить французов без дальнейших платежей (в наши дни по похожему сценарию развивается автопромышленность Китая)!

Как ни странно, малютка нашла поклонников даже в США, где традиционно обожали гигантские дорожные дредноуты на колесах. Как правило, «Катр шво» покупали бывшие солдаты, познакомившиеся с ним во время службы в Европе. И таких покупателей было немало — каждый месяц во французский Бийанкур поступало до 3 200 заказов из-за океана!

Решение прекратить сборку «Катр шво» на Renault было принято только в год, когда человек впервые полетел в космос: 6 июля 1961 года с конвейера в Бийанкуре сошел последний «кусочек масла» с номером 1.105.543. Впрочем, он уже не был светло-желтым. По сравнению с продажами английского Mini и немецкого Volkswagen Ka..fer французский миллион выглядит более скромно, но разве от этого пропала хоть толика популярности машины, ставшей востребованной на долгие 15 лет? Впрочем, история «Катр шво» на этом не закончилась. Наследником Renault 4CV стал Renault 4, выпускавшийся почти без изменений более 30 лет в количестве 8 миллионов экземпляров.

Алексей Воробьев-Обухов

Алексей Воробьев-Обухов

Дереву рыбный суп! Суп!

О "насилии", "свободе" и уважении к "личности" ;-)

Еще одна байка в дополнение к двум предыдущим. С кросспостом в [info]bce_6blvalo.

...И снова перед моим внутренним взором (ТМ) встают события начала и середины 90-х годов и боевая молодость на "Скорой помощи" г. Санкт-Петербурга. Но поскольку на Шушпанцер_ру я привык отправлять не более трех постов в сутки, это на сегодня третий и последний.

Для начала небольшая вводная. Говоря совсем уж откровенно, при работе на СМП РЕАЛЬНО жалко мне было только две категории больных - совсем дряхлых и одиноких бабок и дедков, которым кроме нас помочь некому, и детишек, в 99% случаев страдающих из-за распиздяйства родителей. Большинство прочих клиентов ничего кроме брезгливости и отвращения не вызывали. И в жопу клятву Гиппократа.

Итак, случилось это жарким (очень жарким!) летом 1993 года - это я запомнил оттого, что тогда в СПб привезли колоссальную партию "красной шапочки" на метиловом спирте и месяца за два в городе была почти полностью истреблена популяция бомжей и запойной пьяни - иногда бригада за сутки подбирала до десятка трупов. Поступь демократии и реформ, хуле...

Один из самых ненавидимых поводов к вызову - несовершеннолетний "суицид", всегда - показуха. Collapse )
Дереву рыбный суп! Суп!

на ночь

Двери тронного зала Кащеева дворца распахнулись (судя по жалобно крякнувшим створкам, от пинка), и вошёл Иван-Царевич, с золотым яйцом, зажатым на манер факела, в поднятой вверх правой руке.

– Ага! – сказал он, увидев Кащея, замершего в шоке. – Вот ты где!
– Ты, Вань, поаккуратнее, – нервно попросил Бессмертный. – Не ровён час, уронишь!
– Может, и уроню! – пригрозил Иван. – Ответствуй мне, ирод: ты Василису Прекрасную три года назад в лягушку превратил?
– Я, – не стал отпираться Кащей. – Так ведь она за меня замуж никак не шла, ну я и того… дал ей время поразмыслить в тишине и покое.
– Того! – передразнил его Иван. – Вот уж точно, что того! На всю голову того!!!
– А что не так-то? – осторожно поинтересовался Кащей.
– Женишься теперь на ней, – сообщил ему царевич. – Готовь свадьбу.
– Э? – не понял его собеседник. – Свадьбу? А она что – согласна??
Collapse )